Онлайн книга Лёд и Пламя

— Это традиция, — ответила Хьюстон. — Каждый кладет подписанную открытку в коробку с пирожным, которые гости уносят домой.

— Могут съесть пирожные и на свадьбе. Нечего их по коробкам распихивать. Да и вообще, они же растают.

— Это же для того, чтобы загадывать желания, чтобы…

— И вы хотите, чтобы я подписывал открытки ради такой идиотской традиции?

Этот раунд Хьюстон проиграла, но зато она выиграла другой, касающийся найма слуг, которые помогали бы дамам выходить из экипажей, и служанок, чтобы они превратили маленькую гостиную Кейна в гардеробную.

— А сколько вообще людей будет?

Она посмотрела в список."

"— По последним подсчетам, пятьсот двадцать. С Востока приезжают почти все родственники Лиандера. Вы кого-нибудь хотите еще пригласить, кроме ваших дядей и кузенов, Таггертов?

— Моих чего?

Они снова заспорили, и Хьюстон опять выиграла. Кейн сказал, что никогда не видел своих родственников и не горит желанием с ними встречаться. Хьюстон, которая не могла признаться, что знакома с Джин, иначе он обязательно спросил бы откуда, ответила, что пригласит их независимо от того, знает он их или нет.

Хьюстон назвала его снобом. Она решила, что скорее умрет, чем признается, что заказала для родственников по костюму — за его счет.

Не успел Кейн ответить, как в комнату вошла Опал, пожелала им доброго вечера и, сев в кресло, принялась за вышивание.

Кейн попросил ее рассудить их с Хьюстон спор, на что Опал ответила:

— Ну тогда придется вам заказать им новую одежду, как вы считаете?

К тому времени, когда Кейн уходил, Хьюстон чувствовала себя так, будто пережила бурю.

— Неужели эти споры будут продолжаться постоянно, — прошептала она, опускаясь в кресло рядом с матерью.

— Думаю, что будут, — ответила Опал веселым голосом. — Почему бы тебе не принять горячую ванну?

— Я засяду в нее дня на три — не меньше, — проворчала Хьюстон, поднимаясь с места.

Кейн стоял у окна в кабинете, с зажатой в зубах сигарой.

— Ты собираешься работать или грезить наяву? — спросил Эден из-за спины.

Кейн даже не обернулся.

— Они все дети, — сказал он.

— Кто?

— Хьюстон и ее друзья. Им и не надо взрослеть, беспокоиться о куске хлеба. Хьюстон думает, что еду приносят из кухни, одежду — от портнихи, а деньги — из банка.