Онлайн книга Ставка на невинность (СИ)

— Ну, некоторые не стихи декламируют, а делом занимаются, — не отпирается Бергман.

— Ораторское искусство и оральное — разные вещи! Они лежат в разных плоскостях!

— Левина, ты мне сейчас про плоскости не напоминай… — бросает он взгляд в сторону траходрома.

— Ты чего зависла? — видимо, я выпала из диалога. — Ты тут?

— А? Да тут я, тут.

— Слушай, но меня вот прям бомбит с этого пункта. Это, конечно, скотство! Как это ему можно, а тебе нельзя?

Лично меня бомбит, от слов Бергмана, сказанных мне, пока я обувалась, чтобы покинуть эту обитель порока.

— Ну… в процессе ора мы все-таки договорились, что изменения в спорный пункт внесём. Герман сказал, что пришлёт мне варианты. Чего-то мне кажется, что в первом чтении они приняты не будут… — честно признаюсь я в том, что сомневаюсь в кардинальной смене Бергамановской позиции.

— Слушай, ну у меня реально ощущение, что он планировал просто поиздеваться над убогой девственницей и все, а тут случилась накладка, — прикидывает Медведева.

— Угу. Наложился Герман на Яну. Ещё чуть-чуть и была бы не накладка, а стыковка, — огрызаюсь я.

— Ну дальше то чего? Как там Диман оказался?

— Слушай, сегодня что? Вечер пьяных людей под дверями? — ругается Бергман.

Он за каким-то чертом потащился провожать меня до квартиры, хотя, вылетев из машины, я мечтаю свалить от него, пожаловаться Медведевой и зализать раны на травмированном самолюбии.

"Но у Германа, походу, тоже кипит.

Поднимаясь до моего этажа, он пилит меня, чуть ли не обвиняя меня в том, что я сама напросилась к нему, спровоцировала, соблазнила и воспользовалась его невменяемым состоянием. И у самой квартиры практически наступает на Димасика, сидящего у моей двери. От него тащит спиртяжкой, и я в который раз радуюсь, что сменила замки. Видеть его на своей территории я не желаю.

Гера смотрит на меня так, будто я развела бордель в стенах монастыря.

— Яна… — бывший гаденыш пытается ухватить меня за руку, которую я брезгливо отдергиваю. — Нам надо поговорить. Наедине…

От такого нахальства брови Бергмана ползут вверх.

— Можете не обращать на меня внимания. Я прикинусь, что ничего не слушаю, — язвит он, хрустя костяшками пальцев.

А вид у него, и без того злого, вполне бандитский, но датому Димасику невдомёк, что он нарывается, и надо сваливать.