Онлайн книга Любимая пешка короля

Особенно, когда ей предстоит дать бой судьбе.

Когда минут через пятнадцать за мной зашли, я была уже в полной боеготовности. Платье, к счастью, не помялось. Волосы я расчесала заново, и они лежали на моих плечах послушными золотистыми волнами.

На улице меня ждали открытая повозка и жрец в ней.

Никто не подал мне руку, чтобы помочь подняться. И вообще, все сторонились меня, как прокаженной.

Я могла их понять.

Вообще вся эта история очень напоминала историю Жанны Д’Арк. О том, чем кончают великие герои, я старалась не думать.

И о том, какой ритуал раскопали мои «сожители», тоже. Как бы не оказались они «сожжителями»… Ну, чисто по аналогии с Орлеанской девой.

Жрец велел мне сесть у края повозки, возница тронул лошадей, и мы поехали.

Примерно так мне представлялась поездка осужденных на казнь. Простоволосые, в рубище, на телегах для всеобщего обозрения. Руки у них обычно еще связаны.

Только кто же мне осмелится руки-то связать?

Теплый летний ветерок шевелил волосы. Из открытой повозки мир виделся совсем не таким, как из крытой кареты.

И небо было синее, и солнце приветливее, и зелень лугов сочнее. В воздухе пахло медом. Где-то в вышине звинькали и тренькали птички. Было так спокойно и умиротворяюще. Даже стук подков и бренчание доспехов верховых стражников не могли нарушить гармонии.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Повозка встала.

- Ты должна нарвать цветов, - велел мне жрец.

Да, как же я забыла. Цветы в моем сне были луговыми.

Я спустилась с повозки и босыми ногами ступила на горячую утоптанную дорогу. А потом на прохладную, влажную луговую почву. Где-то на краю сознания мелькнула мысль о том, что здесь могут быть змеи, но потом я поняла, что мне всё равно. Мне уже всё равно. Там, на костре, здесь, от яда змеи, во дворце от тоски и предательства…

Всё равно.

Простое занятие сбора цветов неожиданно увлекло меня. Я очнулась, только осознав, что держу целую охапку. Я зарылась в них носом, пьянея от сладкого аромата, и двинулась назад, к ожидавшей меня повозке.

Так мы и ехали по узким, безлюдным на этот раз, улицам: суровый молчаливый жрец и я, утонувшая носом в букете.

Меня не удивляло отсутствие зевак. Я же не король. Чего на меня пялиться?

Но я ошиблась.

Все, кто в прошлый раз растянулись вдоль пути короля, теперь собрались на огромном пустыре на окраине столицы. Пустырь упирался в лес, на опушке которого возвышалось дерево-гигант. Дерево-атлант, держащее небо на своих ветвях.