Онлайн книга Любовь и гром

Ее груди были небольшими, но великолепной формы, соски торчали спелыми вишенками, хоть он еще к ним даже не прикоснулся.

Кольт настолько удивился, что заглянул ей в лицо. И тут его подстерегала еще одна неожиданность. Неуверенность исчезла из ее глаз. Джослин твердо встретила его взгляд, и в глубине ее зрачков он прочитал такое сильное желание, что пол под ним закачался.

— Ты хочешь меня! — изумленно выдохнул Кольт, не отдавая себе отчета, что говорит вслух, пока не услышал тихое «да» и не почувствовал ее пальцы на своей груди.

Его руки быстро вернулись к тому, чего не закончили, но ему повезло не больше, чем ей, в ее попытках раздеть его. Рубашка застряла у нее на бедрах, а Джослин не желала отрываться от его обнаженной груди, стремясь помочь ему.

— Завязки сзади, — лишь подсказала она.

— Они нужны тебе?

— Нет.

Кольт рванул, и рубашка блестящей лужицей стекла к се ногам. Чуть отодвинув девушку, чтобы видеть ее, он начал судорожно срывать с себя одежду.

Джослин тоже хотелось его видеть, она жаждала рассмотреть тело, о котором так долго мечтала. Но он был так близко, что девушка вдруг засмущалась, и это напомнило ей о ее полной неопытности. Джослин понятия не имела, что ей надо делать, если вообще надо. Будет ли дерзостью смотреть на него? Может, ей следует раздеть его, как он раздел ее? Или улечься прямо в постель и ждать его там? Будет очень неловко, если ему придется объяснять ей, что делать.

Джослин нехотя повернулась к кровати, но хриплый голос Кольта остановил ее:

— Я сам хочу положить тебя в эту постель. Сказал же!

Она вспомнила его слова о том, что он наполнит ее своей плотью, и у нее задрожали колени. Она охотно последовала своему первому желанию и постаралась удовлетворить снедавшее ее любопытство касательно его тела, особенно той таинственной части, которую ей еще никогда не доводилось видеть.

Ванесса пробовала объяснить, как это выглядит, даже сделала пару смешных рисунков, но они не могли сравниться с оригиналом.

Джослин прежде не обратила внимания, как Кольт сегодня одет. Но теперь, глядя на падающие на пол вещи, принялась рассматривать их. Черные брюки и рубашка, для разнообразия, нормального покроя.