Онлайн книга Мажор для профессора

Его лицо меняется, он хмурится и переводит взгляд на меня. Интуиция подсказывает, что ему сообщили плохую новость.

— Я понял, можешь на меня рассчитывать, сегодня же свяжусь с поставщиком, и он отправит мне все нужные запчасти. До связи. — Стас отключается, возвращает телефон на стол и поднимает глаза. — В общем… — замолкает, отчего я начинаю нервничать.

Что ему там сообщили? Обокрали? Новую партию тачек задержали? Или с мелкой, не дай бог, что-то случилось?

— Говори, — тороплю я его.

— Ночью была гонка и… Демьян разбился.

20

Серёжа

Разбился… Разбился?! Он разбился…

Перед глазами туман, в ушах неприятный звон. Мир замер. Не дышу. Кровь застыла в жилах. Хочу спросить, но боюсь услышать ответ.

— Он сейчас в больнице.

Резко встаю, стул падает на пол с грохотом, привлекая внимание посетителей кафе.

— Где? — спрашиваю, чувствуя, как сердце заколотилось.

В больнице, значит — жив!

Стас называет номер больницы, и я лечу к машине, не разбирая дороги. Как добираюсь до места назначения, не понимаю, но, запыхавшись, останавливаюсь на регистратуре и стучу в стекло, отвлекая от листания какой-то газеты тётку с фиолетовыми волосами.

— Загорский, привезли ночью после аварий.

Женщина смотрит на меня, нарочито медленно открывает журнал.

— Вы ему кто?

От тона, с которым она задаёт вопрос, мне хочется разбить стекло и встряхнуть её пару раз.

— Родственник, — не думая, отвечаю, сжимая кулаки.

— Второй этаж, двадцать восьмая палата, — говорит она после паузы, что показалось мне вечностью.

Бегу по лестнице, нахожу дверь и, не мешкая, врываюсь в комнату. Вижу Демьяна, что среагировал на открывшуюся дверь, и теперь смотрит на меня удивлённо.

Жив и в сознание — это главное.

— Решил избавить мир от своего присутствия? — спрашиваю я, проходя к кровати.

— Не дождётесь, профессор, — усмехается он, чем вызывает у меня улыбку.

Я сажусь на край койки и осматриваю его перебинтованное плечо и считаю пластыри на голове. Никаких серьёзных повреждений, ни сломанных рук, ни ног, ни разбитой головы.

— Как твоё состояние? — задаю вопрос, зная, что он наверняка соврёт, чтобы не казаться слабым.

— Переживу, — отмахивается. — Что ты здесь делаешь? Извините, «вы», что вы здесь делаете? — издевается засранец.

— Пришёл убедится, что не… — и замешкался.

А надо ли врать себе и дальше?

— Извини, что вёл себя как подросток, — неожиданно для самого себя говорю я.

— Брось, я всё понимаю.