Онлайн книга Миссия в Париже

Кто-то пойдет в Петроград, увяжемся следом.

– У этой хитрости два конца. Что, если нас обнаружат корабли Антанты?

– Заблудились в тумане. Шли в Котку.

– А как объяснишь пребывание на борту двух комиссаров?

– Пусть они сами все объясняют! – и, обозлившись на въедливый допрос рулевого, Сванте сердито спросил: – Может, у тебя есть лучшее предложение?

– Меня вполне устраивает твое, – согласился Уле Фабиан. – Пусть будет как будет.

Всю ночь они простояли на якоре с погашенными огнями. Дважды неподалеку от них с шумом проходили большие суда, скорее всего, сторожевые корабли.

Глухой ночью и в городе опасаешься случайных прохожих. А здесь – море. И не просто море, а кипяток, в котором все перемешалось: красные и белые, англичане, американцы и французы. На кого напорешься в этой темноте? Хорошо бы, на большевиков, к которым они держали путь. Но не исключено, что и на антантовские корабли. В этой темноте они не станут бояться береговой артиллерии и вполне могут здесь патрулировать подходы к Кронштадту.

На рассвете на море упал густой туман. Светало постепенно и неохотно.

Сванте поднялся в рубку, где, сидя в кресле, дремал рулевой.

– И все же? Что дальше? – открыв глаза и потянувшись, чтобы согнать с себя дрему, Уле вновь задал Сванте вопрос, на который он не получил ответа ночью.

– Ждать.

– А ну как весь день продержится туман?

– Значит, будем ждать весь день, – спокойно ответил Сванте, затем сказал более раздраженно: – И когда сойдет туман, будем ждать. У нас нет карты минных полей, и мы будем ждать до тех пор, пока нас не отыщут большевики и не проведут по ним. Не хватало нам взлететь в воздух почти у самой цели.

Рулевой молча, с едва заметной усмешкой, смотрел на Сванте. Капитана это взбесило. Он решил, что рулевой смотрит на него с плохо скрытым презрением, он как бы напоминает ему о его ночной панике.

– И вообще, ты надоел мне, Уле, со своими дурацкими расспросами! – заорал он. – Все! Я последний раз отправился с тобой в море. Вернемся в Стокгольм, и навсегда сгинь с моих глаз!

– Знаешь, Сванте, я стал замечать: в последние годы у тебя стал портиться характер, – спокойно сказал рулевой. – Вернемся в Стокгольм, сходи к психиатру."

"Вместо ответа капитан сердито распахнул дверцу, впустив в рубку утреннюю прохладу.