Онлайн книга Молот империи 1

— Я вспоминаю, — она резко замолчала, но решилась продолжить: — В тот раз, когда стало темно, я увидела себя. Из свечи, где кто-то уже был. Они держали свечу, а я видела себя. А потом стало темно. И всё, я подумала, что потерялась. Навсегда.

Как и я. Была только темнота и огонёк, на который я шёл. Но у меня это повторялось несколько раз. В первый, в детстве, когда император Валерий Громов пытался сделать собственных Небожителей. И совсем недавно, когда меня перенесли в тело помоложе.

— Ну идём, — я пошёл к выходу.

Только у самой столовой она отцепилась от моей руки. В следующий раз надо тренироваться в более светлом месте. Потому что с её способностями паника будет опасна и для неё.

Уже под лампами в просторной столовой она окончательно успокоилась. Никого не было, но студентам разрешали приходить сюда вечером до отбоя.

— Какие ещё силы бывают? — спросила она, осторожно помешивая чай ложечкой."

"— Не читала про Небожителей? — удивился я.

Я отхлебнул горьковатого чая и продолжил:

— Ещё мои цепи. Топор у того самого Громова. И стихии, у каждого Небожителя какая-то одна. А точно! Способности Таргина Великого, и ещё был один, так называемый Король-Спаситель, у них эти способности отличались сильнее всего. Таргин, я слышал, мог вытащить корабль из воды, стоя на расстоянии.

— Но смысл от этого, — сказала Громова, держа кружку двумя руками. — Если только кого-то напугать?

— Не такое оно и слабое. И всегда с тобой. Обычное оружие могут отобрать, тебя могут заковать. Но способности останутся при тебе навсегда.

Хотя здесь я задумался, так ли это на самом деле. В тюрьме у меня не очень получалось пользоваться всем этим. Первое тело, моё с рождения, было заковано в цепи. У остальных тел были только татуировки на предплечьях, но огонь у меня получался не очень хорошо, а призванные цепи были очень слабые.

Да и я не особо тренировался, не хотел, чтобы они поняли, что у меня остались способности Небожителей. Я готовился к побегу и было бы плохо, если бы они вновь вернули усиленные меры безопасности.

Тогда я был очень терпелив.

Но все эти годы смазались в памяти. Иногда даже казались сном. Даже события моего мятежа были более свежи в моей голове.