Онлайн книга Монашка и дракон

— Яд был в кубке, — говорил брат дракона, — потому что вино в кувшинах и бочках проверили — оно чистое…

Я содрогнулась, представив, как он проверял — дал выпить кому-то из слуг и следил, не появятся ли признаки отравления.

— …также в зале нашли вот это, — он кивнул в сторону стола, где на тряпке лежала стеклянная крупа и деревянная колбашка-пробка. — Я думаю, в этом флаконе был яд. После того, как его перелили в бокал брата, убийца выбросил флакон, чтобы не быть уличенным. Вы утверждаете, — он подошел ко мне и сэру Нимберту, — что Ги был отравлен болиголовом.

— Кто у нас специалист по ядам? — фыркнула Ингунда, бросив выразительный взгляд на сэра Нимберта.

Нантиль вскрикнула, а я поспешила вмешаться:

— Мы недавно собирали болиголов, сэр Нимберт делал из него настойку, чтобы вылечить коня милорда. Вы были тогда с нами, господин. Помните?

Дилан побледнел:

— К чему это ты? — начал он с угрозой.

— Отравить милорда могли, по меньшей мере, семь человек, — сказала я, бесстрашно глядя ему в глаза.

— Но у всех ли была настойка болиголова? — перебила Ингунда.

Дилан перевел взгляд с меня на нее, а потом спросил у сэра Нимберта:

— Ты использовал всю настойку?

— Нет, — ответил он, не поднимая головы.

— Где остатки?

— Были вот в этом флаконе, господин, — ответил сэр Нимберт, указывая в сторону разбитого флакона.

Что-то в его тоне меня насторожило, и не только меня одну.

— Что ты там бормочешь?! — Дилан схватил его за грудки и с силой встряхнул.

— Никто. Это я отравил милорда.

Слова сэра Нимберта прозвучали, как гром в солнечный день.

— Отец! — крикнула Нантиль и бросилась к нему, но Дилан оттолкнул ее и, коротко замахнувшись, ударил сэра Нимберта в челюсть.

Удар был настолько силен, что бывший рыцарь рухнул, как подкошенный. Брат дракона пнул его в лицо, и только тогда я стряхнула оцепенение и встала между ними:

— Что вы делаете? Опомнитесь, господин!

Мне казалось, еще немного — и я получу кулаком в лицо так же, как сэр Нимберт, но Дилан не ударил меня, хотя почти замахнулся.

— Завтра эту гадину казнят, — сказал он, вытирая руку о штаны и поворачиваясь ко мне спиной — нарочно с пренебрежением. — Заприте его.

Двое слуг перехватили Нантиль, которая молча и яростно боролась, стремясь к отцу, двое — подхватили под локти сэра Нимберта, голова которого безвольно повисла, и потащили к выходу.