Онлайн книга Монашка и дракон

Кто-то из женщин дико закричал, а потом стало тихо.

— Вот зачем ты это сделал? — спросил дракон, и голос звучал скучающе и устало. — Нет, не трогайте его… Чего тебе не хватало?

— Чего не хватало? — сипло спросил Дилан. — Спроси лучше — а что у меня было? Что было?!

— Не трогать! — прикрикнул Гидеон на кого-то невидимого мне. — Если хотел все, то ты сглупил, братец, — он глянул на меня через плечо, и я испуганно уцепилась за рубашку на его спине. — Надо было бить наверняка, — продолжал он, подмигнув мне, но вышло это совсем не весело.

— Надо было убить твою ведьму, тогда все бы получилось, — прошипел Дилан еле слышно.

Дракон повернулся к нему — не резко, но так, что я еще сильнее вцепилась в его одежду, желая удержать от необдуманного поступка.

— Убирайся, — сказал дракон. — Я не буду тебя наказывать, но и видеть в своем доме больше не желаю.

— Это и мой дом, — сказал Дилан, и я осмелилась выглянуть из-за драконова плеча.

Дилан держал в правой руке окровавленный кинжал — вполне человеческая алая кровь капала с клинка. Я ахнула, но дракон удержал меня, схватив за руку, и не позволил выйти из-за его спины.

— Это уже не твой дом, — сказал он Дилану и поторопил: — Иди-иди, пока я не передумал и не свернул тебе шею.

Брат дракона отступил, пятясь, и не выпуская из руки кинжал, хотя никто не собирался на него нападать — наоборот, расступились, давая дорогу, а потом развернулся и побежал.

— Пусть уходит. Не удерживайте и не запрещайте взять все, что он хочет.

— Вы ранены… — сказала Ингунда, делая шаг к дракону.

Но Гидеон вскинул руку, останавливая конкубину:

— Не подходи. Тебе и твоей сестре даю неделю, чтобы забрали тряпье и уехали к родителям. Не желаю видеть ни тебя, ни ее. Возьмете по мере серебра каждая — на приданое, если захотите выйти замуж.

Ингунда отскочила, будто он ее ударил, и побежала вон, как несколько минут назад убежал Дилан. За ней последовала Арнегунда, всхлипывая и оглядываясь на дракона — будто ждала, что тот передумает. Но тот не передумал — не окликнул, не позвал, даже не посмотрел в ту сторону.

Я наконец-то вырвалась и обежала его. На левом предплечье рубашка была порезана и белую ткань пятнала кровь.