Онлайн книга Наследник по крови (СИ)

 — Какого хрена ты несешь?

— Какая уж тут шутка?

— Вадим, позволь тебе напомнить, что завтра с рассветом у нас должна состояться одна из крупнейших заливок фундамента в столице. Ты помнишь, сколько миллионов евро на кону? Если мы допустим хотя бы одну малейшую ошибку, то потеряем эти деньги в течении десяти минут! С-с-сука!!! Какой, к черту, инфаркт?! Он, мать вашу, головой отвечает за стройку! Он — царь и Бог! Я не могу без него рисковать!

Макса сотрясает, а я и вовсе замираю, приходя в ужас от его жестокого хладнокровия.

Пожарский сжимает мою руку так сильно, что мне становится в разы больнее, плечо отекает.

Я не могу вымолвить ни слова, чтобы он меня отпустил.

— Что с Олегом Романовичем? Что говорят врачи?

— Придётся срочно искать ему замену."

"— Черт подери! — Максим делает глубокий вдох, и его ноздри пугающе раздуваются. — Это вам не трёхэтажный коттедж возвести за пару месяцев! Высотка в сорок пять этажей! Вы охренели? Где я в такие сжатые сроки найду вам главного инженера, который будет в курсе всех текущих задач?.

— Пока что не дают их. Ждем звонка.

— Держи меня в курсе. Я скоро свяжусь с тобой.

Вырубив телефон, Максим устремляет нечитаемый взгляд в пустоту.

Целую минуту буравит воздух.

Его молчаливая ярость тяготит меня и до дрожи пугает.

Я стою ни живая ни мертвая.

Господи, пусть он уйдет.

Пусть он забудет обо мне и уйдет.

Но этого не случается. Опомнившись, Макс притягивает меня к столу и вынуждает сесть на стул.

— Подписывай, — его голос звучит твёрдо, как сталь, сотрясая мою душу и лишая последней надежды на благоприятный исход…

Глава 25

Ива

Мои пальцы онемели. Ручка кажется мне тяжёлой и неподвижной. Если я нажму на бумагу, перо может её проткнуть.

— Не тяни, — рычит Максим, и я вздрагиваю. Машинально вывожу росчерк, не понимая, как и зачем я это делаю.

Зачем я даю согласие на убийство нерождённого малыша?

Поднимаю на Макса недоумённый взгляд, и меня едким холодом пробирает, душу сворачивает в ледяной комок.

Глаза мужчины напротив кажутся нереальными. Нечеловеческими. Бездонными чёрными омутами, как преисподняя.

Пожарский выглядит словно демон, но с той же красивой внешностью и победоносной сверкающей улыбкой.

— Умница. Просто умница, — говорит он, забирая со стола подписанное мною заявление на аборт. — Теперь ты в моей власти, Иванна. Ты — моя. Запомни это.