Онлайн книга Изобличитель. Кровь, золото, собака

– Вскрытия не было?

– Как-то это на селе не в обычае, разве что уж явная уголовщина произошла. А здесь на нее никак не похоже. Удар[116], как доктор сказал. Вот родня на дыбки и встала: не дадим мертвого кромсать, не по-христиански это. Нет такого закона, чтобы их принудить, плюнули и отступились…

– Он тоже в Терешкинском конце жил?

– Нет, в Елисеевском.

– Вот что вы мне скажите, Иван Иннокентьевич… – промолвил Ахиллес задумчиво. – В случае чего, найдется у вас достаточно власти и возможности, чтобы вскрытие все же провести?

Ненадолго задумавшись, пристав сказал уверенно:

– Если кое-чем прижать родню, то, пожалуй, найдется и власть и возможность.

– Категорически мне не хотелось бы, чтобы узнали, – сказал Ахиллес. – Можно ли сделать так, чтобы вскрытие проведено было ночью, в глубочайшей тайне? Это не моя прихоть, это необходимость.

– Ну если так – постараюсь обеспечить, – решительно сказал пристав.

– Где он был в тот вечер, известно?

– Совершенно неизвестно, – сказал пристав. – Никто ведь следствия не вел…

– Вы говорили, что провизор ваш – химик с университетским дипломом… – сказал Ахиллес задумчиво. – Сможете привлечь его к делу? И уговорить не болтать потом?

– Думаю, без особенного труда. Это что же, началось самое настоящее следствие? – спросил пристав с нескрываемой радостью.

– Оно самое, – усмехнулся Ахиллес.

– Значит, подозреваете…

Они посмотрели друг другу в глаза.

– Подозреваю, – кивнул Ахиллес.

– Была тут у меня схожая мысль… – сказал пристав. – Даже с агрономом с агрономической станции советовался – есть у нас агрономическая станция, единственная в уезде. Грешил на спорынью[117] – знаете, как с ней порой обстоит? Ну вот… Только агроном мои умозаключения опроверг – из зерна нынешнего урожая еще никто хлеба не молол, я справлялся…

– Теперь далее… – сказал Ахиллес. – Меня крайне интересуют два человека. Зовут их Пров Семеныч и Гордей Степаныч, тоже из кулаков, арендовали у Лесневского землю наравне с Капитановым, только меньшие части…

– Оба мне прекрасно известны.

– Я их видел, обоих, – сказал Ахиллес. – Но решительно не запомнил, кто из них кто. А оказалось, мне необходимо это знать…

Он постарался как можно тщательнее описать приставу того из визитеров, что выглядел более нерешительным, лишенным той напористости, что была свойственна второму.

– Это не ребус, – усмехнулся пристав.