Онлайн книга Не чужие

Когда мой мальчик прижимает мое тело снова к себе, будучи удовлетворенным и немного насытившимся, говорит практически шопотом:

— Ее задержали на вокзале, в пригороде. Хотела уехать к своей тётке в какую-то глушь, — оскаливается в победной улыбке.

— А…

— Дай мне насладиться тобой… И, — склоняется к низу живота, оглаживая его своими ладонями, целуя. — Выходи за меня.

— Когда закончишь институт, — направляю его губы ниже, сгорая от своей похоти. Гормоны. Возможно. Я ненасытная кошка. Вот кто.

— Доиграетесь, Ева Игоревна.

— Да… Да! Только не останавливайся, — прижимаю его за голову ближе к своему телу, горя в агонии от собственного бесстыдства, подогреваемое самым искренним и светлым чувством — любовью.

Эпилог

Четыре месяца спустя

— Ева, милая, поздравляю вас, — поднимает бокал Аня, искренне посылая мне обворожительную улыбку с другого конца стола. — Будьте счастливы, — подняв стакан с водой вверх, лишь одними губами выговариваю: — «спасибо».

Кирилл сидит со мной рядом, на мягком диване, одной рукой поглаживая поясницу, а другая его рука покоится на моем внушительном беременном животе.

Его глаза светятся от счастья, когда он каждый раз чувствует шевеление нашей дочери. Для него это стало чем-то особенным, словно так Кирилл уже проявляет свою любовь к ней."

"— Ноги опять отекли, — шепчу ему на ухо. Он хмуро сдвигает брови, помня о том, что сказала Инесса Альбертовна об этом недуге и чем это может грозить мне и малышке.

— Ева, это клуб, а не парковая зона с зелеными кустиками. Тут и толкнуть могут, в конце концов, — повышает на меня голос, но сразу смягчается, завидев мои слезы. Ох, уж эта пресловутая излишняя сентиментальность у беременных. — Пошли.

Пока друзья общаются и подтрунивают друг над другом, мы выходим из ВИП, спускаясь вниз. Кирилл был весьма удивлен моей просьбе отметить нашу свадьбу здесь. Зато его друг, в роли свидетеля, был весьма доволен, так как не любит классические свадьбы.

Мой взор устремляется туда, где я впервые увидела «его» почти год назад. Как же он на меня смотрел… Водоворот воспоминаний и чувств закружил меня с неистовой силой, унося в наше сладкое и трепетное прошлое. Тяну Кирилла на танцпол.

— Пожалуйста, — смотрю в его глаза. Он нехотя соглашается. Переживает. Любит.