Онлайн книга Один раз в миллениум

Но у меня, как, впрочем, и у следователей, есть подозрение, что женщине яд достался по ошибке. Он предназначался, скорее, хозяину квартиры, но не его домработнице.

— Это больше похоже на истину, — согласилась Оксана Григорьевна. — Но и в этом случае мне незачем было убивать моего давнего знакомого. Или вы полагаете, что я ждала пятнадцать лет, чтобы приехать сюда и его отравить? Зачем мне это нужно?

— Я не сказал, что вы пытались его отравить. Я лишь обратил ваше внимание на то обстоятельство, что вы были последней, кто посетил квартиру Халуповича.

— Почему вы так решили?

— Он сам сказал мне об этом. Вы встретились с ним вечером, примерно после шести. В восемь женщина погибла.

— Кроме меня, в этот день в квартире больше никого не было? Мне показалось, что там до меня были женщины.

— Почему вы так решили?

— Что-то почувствовала. Аромат чужой косметики.

Это неуловимое ощущение. Да, до меня в квартире была другая женщина.

— Верно, — подтвердил Дронго. — Даже две женщины. Но они ушли раньше вас.

— Теперь я вспоминаю. На кухне стояло несколько бутылок шампанского. Но я не видела там воды. Вы уверены, что несчастную женщину отравили?

— Абсолютно. Прокуратура уже занимается расследованием. Вы ведь знаете, что подобные дела как наиболее тяжкие расследуют именно следователи прокуратуры.

— Халупович сказал, что я была последней, кто был у него на квартире?

— Он не сказал об этом в прокуратуре, считая непорядочным вас подставлять. К тому же он не знает, где именно вы работаете.

— Конечно, предлагал. Но я хотела пройтись по городу. Интересно посмотреть на улицу Горького спустя столько лет. Хотя я забыла. Кажется, сейчас она называется Тверской? Я так редко вырываюсь в Москву. Интересно на все посмотреть самой. В Москве у меня живет сестра, но я здесь бываю нечасто.

— У вас есть дети?

— Взрослая дочь. Она уже замужем, хотя детей нет. Кажется, они не торопятся сделать меня бабушкой. Нынешняя молодежь более прагматична, чем мы, они ставят перед собой более конкретные цели. Поэтому дочь и ее муж думают больше о собственных карьерах,

чем о будущем потомстве. Им кажется, что впереди целая жизнь.

— А вы говорите так, словно жизнь уже закончилась.