Онлайн книга Охота на охотника

— К сожалению, это все, что нам удалось выжать из Роджера Мышкуна, — Уэйнстейн сокрушенно развел руками, — видимо, алкоголь во взаимодействии с ментозондированием отрицательно повлиял на мозговые функции.

— И что?

— Он э-э… скончался, — едва слышно пролепетал секретарь.

— Черт бы вас подрал, Уэйнстейн, — ван Хорн со стуком поставил чашку на стол, расплескав кофе, — мне что, по примеру Сигевары ввести у себя предупреждения? Он еще что-нибудь успел сказать?

— По-видимому, он бредил, господин ван Хорн. Из его бормотания немного можно было понять.

— Ну это, конечно, бред, — поморщился ван Хорн, — так называемые легенды Нижнего города. Если это все, то можете идти.

— А мисс Салливан?

— Идите, идите.

Уэйнстейн удалился, осторожно прикрыв за собой дверь, а ван Хорн присел за стол и вызвал по закодированному каналу посольство Содружества американской Конституции. Через минуту на экране появился улыбающийся Ян Уолш.

— Здравствуйте, Герберт. — Улыбка держалась на лице Уолша, как прибитая гвоздями. — Рад видеть вас в добром здравии.

— Здравствуйте, Ян. Кажется, я могу вас обрадовать.

— Вот как?

— Помните вашу просьбу, выяснить возможность пребывание одного интересующего вас человека в Нижнем городе? — Несмотря на защиту от подслушивания, ван Хорн решил подстраховаться и не называл имен.

— М-м… Дайте подумать, — Уолш наморщил лоб, будто вспоминая, хотя ван Хорн был уверен, что посол прекрасно понимает, о чем речь, — ах, ну да! Только это была не просьба, а так… к слову пришлось.

— Да? А мне показалось, что вы крайне заинтересованы в положительном решении вопроса. Ну так вот: я ошибся, утверждая, что интересующий вас субъект не может находиться на Хлайбе.

К удивлению ван Хорна, Уолш не проявил никакого энтузиазма. На мгновение его лоб пошел морщинами, но тут же разгладился.

— Мой дорогой Герберт, эта тема меня больше не волнует.

— А вы не вспомните, какая награда назначена за голову этого мерзавца?

— Ну весьма крупная награда. Причем как от Содружества, так и от русских.

— И вы мне хотите сказать, что пятьдесят процентов вас не волнуют? Только вы и я, господин посол. Вы и я.