Онлайн книга Опасный министр

Если Ярослав знал, что готовится публикация по одному из его сенсационных предложений, почему он не отдал эту тему мне? Какая ему разница, в какой газете бы это вышло?

Я действительно не могла написать о таком, имея только одного источника — Ломакина. То, что я не обратилась за помощью с подтверждением к Паше и Яне, — да, я протупила. Но ведь если бы Ярослав мне сказал, что мои конкуренты готовят такой материал, подтвердил бы мне слова Ломакина, я бы смогла написать на двух источниках.

После работы совершенно убитая и без настроения я еду к Ярославу.

Никольский приходит в половине одиннадцатого. Я лежу на диване и смотрю телевизор, даже не вникая в суть происходящего в передаче.

— Привет, — он снимает с себя куртку.

Поднимаюсь с дивана и выхожу ему навстречу.

— Привет, — сиплю.

Ярослав одной рукой притягивает меня к себе за талию и впечатывает в свое тело.

— Я так соскучился по тебе, — он сжимает меня до хруста в косточках. Зарывается лицом в мои волосы на затылке и несколько раз глубоко вдыхает.

В любой другой день я бы уже на нем повисла и лезла целоваться, а сейчас застыла, как истукан, и не двигаюсь. На его поцелуй отвечаю, не испытывая особых эмоций, а когда он выпускает меня из рук, дышу с облегчением.

Мы ужинаем под разговор о чем-то нейтральном.

Во-первых, ему тридцать пять, а мне двадцать два. Тринадцать лет разницы. Это очень много. Поначалу я не думала об этом, а вот сейчас ощущаю, что между нами целая пропасть лет.

Во-вторых, в тридцать пять лет у него не было никогда нормальных серьезных отношений. Та девушка, которая через год куда-то уехала строить карьеру, не в счет.

Отношения с ней тоже не были серьёзными, раз он ее легко отпустил. Впрочем, сам же мне сказал, что не любил ее.

У него там камень вместо сердца, что ли, если он дожил до тридцати пяти лет и никого не полюбил!?

В-третьих, Яна права. А с чего я взяла, что у нас серьёзные отношения? С того, что он дал мне ключи от своей квартиры? Как дал, так и заберёт, когда придёт время.

В-четвертых, если он до тридцати пяти лет никого не полюбил, то почему он полюбит меня? Чем я отличаюсь от всех тех девушек, которые у него были до меня?

— Ты какая-то грустная.