Онлайн книга Орден Багровой бури. Книга 5

Баронский род Писемских готов стать вассалами графского рода Зверевых. Все условия утверждены, документы готовы и тщательно проверены. Я прошу глав родов подойти, чтобы произнести необходимые клятвы и затем подписать вассальный договор, — заканчивает он и отступает на шаг, освобождая место у стола.

Мы с Валерием Васильевичем подходим и тоже обмениваемся рукопожатием. Барон, как положено, встаёт на одно колено и произносит клятву:

— Я, барон Валерий Васильевич Писемский, клянусь в верности графу Андрею Алексеевичу Звереву и признаю его своим сюзереном.

— Принимаю вашу клятву и клянусь заботиться о вас и вашем роде, как о своём. Клянусь быть справедливым и честным сюзереном, и не просить того, что может прервать ваш род. Встаньте, Валерий Васильевич, — произношу ответную клятву я.

Писемский поднимается. Мы по очереди оставляем подписи на двух экземплярах документа, после чего Тимофей забирает его и объявляет:

— Всё готово! С этого момента барон Писемский является вассалом графа Зверева, а тот — его сюзереном.

— Андрей Алексеич! — барон смеётся и заключает меня в объятия. Остальные аплодируют.

— Я тоже рад, что наши рода объединились, — говорю я, похлопывая Валерия Васильевича по спине.

— Пир! Идёмте пировать! — громко объявляет Писемский и широким жестом приглашает нас в соседнюю комнату, где расположена столовая.

Когда заходим туда, меня едва не сшибает с ног обилие изумительных ароматов. Стол заставлен едой — от сырных и колбасных ассорти до зажаренного на вертеле поросёнка и целой батареи различных бутылок. Слюнки текут так, что не остановить.

Рассевшись за столом, мы первым делом поднимаем тост за заключение договора, а затем немедленно приступаем к еде. Тосты звучат один за другим, вино и другие напитки льются рекой, а разговоры становятся всё громче и веселее.

Удивительно, но стол довольно быстро пустеет, и Писемский приказывает подать ещё еды, но я его останавливаю:

— Валерий Василич, не стоит! Отличный пир, спасибо большое. Но как насчёт того, чтобы продолжить праздник в моём поместье? У меня есть отличный коллекционный коньяк, готов открыть его специально для тебя.

— А что, почему бы и нет? Едем! — Писемский аж подскакивает в нетерпении.