Онлайн книга Предатель Ты врал мне годами (СИ)

Поделился подозрением, что он теперь впал в мою немилость, и я не стала его разубеждать, потому что нефиг этим зятьям расслабляться.

Он сказал в ответ:

— Справедливо, — помолчал и добавил, — жестко я лоханулся. У меня были все возможности быть любимым зятем.

— А давай ты вместо этого будешь хорошим, любящим и заботливым мужем? Меня это устроит,

— заявила я.

Пообещал, что будет.

Я взяла клятву, а потом отправила пообщаться с Богданом, который тихо и мрачно поделился тем, что за ошибки всегда приходится отвечать.

Свадьба прошла по запланированному сценарию без внезапных проблем и страшных новостей, которые могли бы праздник превратить в большой скандал.

Были слезы, был танец с отцом, были признания и тосты.

Доминика не пришла, но к середине застолья с весельем и душевными разговорами в зал заглянул курьер в сопровождении охраны.

Потребовал невесту, которой вручил белую коробочку.

Доминика передала Свете двух крошечных фарфоровых голубков. Размером со спичечный коробок.

Света вернулась за стол, крепко сжимая голубков, а после разрыдалась в грудь Андрея.

— Я была права, — шепотом заявила я Богдану, который сидел в этот момент с каменной рожей,

— у Доминики есть шанс. Что думает насчет этого Богдан Алексеевич?

— Богдан Алексеевич растерян, — сердито ответил Мне Богдан и нервно поправил галстук под воротом рубашки, — и зол.

— На кого?

— На себя, — сжал кулак под столом.

Затем Света вскочила в слезах со своего места и побежала за курьером."

"Притащила его обратно под недоуменными взглядами гостей, которые продолжали гадать, что, блин, происходить.

Света приказала отрезать и красиво упаковать большой кусок свадебного торта, накидала фруктов в пакет и отправила курьера обратно к Доминике с гостинцами.

— Мне все это не нравится, — подытожил Богдан, — но иначе, похоже, никак?

— Мы можем все еще развестись, чтобы ты так не страдал, но... — я усмехнулась, — мне кажется, уже поздно. Детки приняли друг друга.

— И ты не ревнуешь? Она напоминание.

— Он девочка, которая хочет любить и быть любимой, — тихо пояснила я и украдкой вытерла слезу с щеки. — И у нее теперь есть этот шанс.

— Ты опять меня караулишь по углам, — говорю я, когда со мной тихим и ровным шагом равняется Доминика.

Поправляет шляпу на голову и вздыхает:

— Ничо я не караулила.

— Я тебя и вчера видела, если что.

— Это была не я.

— Ты можешь прийти в гости, и мы выпьем по чашке чая, как культурные люди, —кошусь на нее.

— Не можем.