Онлайн книга Отбор не приговор

Подойдя к любимой, Идрис призвал проекцию своего герба и извлек оттуда Малую Корону, которая была похожа на венок из трав и полевых цветов.

«А может, это и есть венок, просто кто-то покрыл его глазурью из драгоценных металлов», — подумала Лота.

Венец совершенно не ощущался на голове. И у Лоты даже возникло желание поднять руку и проверить: точно ли он там?

«Теперь надо что-то сказать. Я должна сказать что-то умное, что-то красивое», — панически подумала Лота.

— В беседке невест я сказала, что вижу себя с кисточкой, — начала Лотанари и тут же пожалела о таком выборе слов.

Она на мгновение склонила голову, а когда подняла глаза, то увидела, что проворные официанты разносят гостям вино.

— Арристоэль ирлори. Эссентиль ла сфер, — пропел кто-то чистым голосом.

«Флир, наверное», — мелькнуло в голове Лоты.

Все подхватили эту короткую фразу, и леди Шан Нейрин, смутившись, спрятала лицо на груди любимого.

— Арристоэль, — коротко произнес Повелитель и повел свою невесту к брачному древу.

Он не просил Лоту закрыть глаза, она сама предпочла зажмуриться, чтобы через минуту до крайности удивиться:

— Пещера?!

— Мы же тоже жили в пещерах, — рассмеялся эльф. — Все как у предков — чистейший песок на полу, ритуальный каменный нож и каменная чаша. И брачное ложе.

— И какими же клятвами мы обменяемся? — спросила Лота.

— Своими собственными.

Лота села на простую, не особенно широкую постель, а Идрис поднял с песка кинжал и чашу. Опустившись на колени у ног возлюбленной, он поранил свою ладонь и, глядя Лоте в глаза, уверенно произнес:

— Клянусь любить тебя до конца своей жизни. Слышать тебя, понимать и принимать тебя. Доверять тебе как себе и доверять себя тебе.

Небольшую каплю крови Идрис втер в каменный бок чаши и протянул нож Лотанари.

— Клянусь любить тебя до конца жизни, — эхом откликнулась она и надрезала свою ладонь.

И она, по наитию, растерла свою каплю крови поверх крови Идриса. В тот же миг чаша наполнилась прозрачной водой, которой Идрис омыл их небольшие раны. Секундное жжение, и кожа вновь чистая и невредимая.

— Жена моя, — с восторгом выдохнул Идрис. — Моя жена. Я думал, сойду с ума. Ты ведь специально меня дразнила.

— Мне было больно и страшно, муж мой, — шепнула Лота.