Онлайн книга Плохие девочки не плачут. Книга 3

Он сунул мне эту записку, незаметно, а я спрятала ее, но не в комнате, а в туалете. Но я не собиралась…

— Что еще он тебе сунул? — цедит фон Вейганд сквозь зубы.

— Пожалуйста, не…

— Прекрати мямлить, — этот тон хуже пощечины, опаснее прямого удара.

— Я не спала с ним. Только говорила, — смело встречаю взгляд зверя, чувствую, как слезы струятся по щекам. — Почему ты мне совсем не веришь? Знаешь, людям иногда нужно общение с кем-то, хочется поделиться, но… я не слышу ничего кроме приказов.

— Заткнись, пока я не передумал, — хмуро произносит он и отстраняется.

— Просто…"

"— Заткнись. Не смей произносить ни слова. Надень счастливую маску на свое очаровательное личико и улыбайся. У нас важный гость, поэтому никаких признаний и ничего лишнего. Ты баронесса Бадовская. Понятно?

Киваю в знак согласия.

Остаток дороги проходит молча.

— Когда этот спектакль завершится, мы поговорим по-настоящему, — фон Вейганд подает мне руку, помогает выйти из авто. — Там, где я давно представлял тебя голой и окровавленной.

«Ты это заслужила», — резюмирует внутренний голос, а у меня не находится контраргументов.

Замечаю на пороге миниатюрную, тоненькую фигурку. Неведомый гость — юная девушка? Сестра или дочь?

Когда мы подходим ближе, с трудом сдерживаю возглас невольного восхищения. Этой женщине не меньше шестидесяти, хрупкая и стройная, обладающая осанкой королевы и природной грацией, которая улавливается моментально. Ее лицо приковывает внимание, покрытое сетью тонких морщин, но все равно удивительно прекрасное, правильные черты не утратили выразительность и особую магию очарования.

И меня не покидает странное дежавю.

Другой, совершенно не похожий человек. Чужой и посторонний.

Однако…

Я будто смотрю в собственное отражение.

Глава 2.1

Вся наша жизнь — икра. Ну, признайтесь честно, вам тоже слышалось именно «икра» во вступительной композиции к той невероятно популярной передаче?

Отставить шуточки в строю, Подольская.

Будь по-вашему, капитан. Значит, перехожу в режим нытья.

Вся наша жизнь — автобус, в который беспардонно врываются десятки назойливых пассажиров, вносят сумятицу в размеренный порядок, вопят, пытаясь привлечь внимание или, наоборот, забиваются в укромный уголок, таятся, намереваясь проехать зайцем, использовать ситуацию с выгодой и ускользнуть, когда затея утратит смысл.