Онлайн книга Плохие девочки не плачут. Книга 3

Тогда зачем?

Причина без надобности.

Хищник в ярости. Жаждет покарать, утолить ненасытную потребность. Палач и жертва. Рабыня и повелитель. Не мы выбираем роли. Роли выбирают нас.

— Полагаешь, я злюсь, — усмехается, наклоняется ниже, шепчет в самое ухо, опаляя жарким дыханием: — Ошибаешься.

Прости, слабо верится.

— Я спокоен, — уточняет мягко. — Поэтому пощады не будет.

Супер. Можно сразу облить зад ледокаином? Или воспользоваться анальной смазкой с эффектом лёгкой анестезии?

Блин, раньше желания, загаданные на день рождения, не исполнялись.

Стоп, минуточку.

Никто не заказывал похищение и жёсткий трах. Просили фон Вейганда с красивым бантом на бритоголовой башке.

Эй, кто в ответе за неустойку? Компенсируйте моральный ущерб.

— Я делаю это не ради демонстрации власти, — зубы крепко сжимают мочку уха, заставляя дёрнуться и взвыть. — Достаточно слова — тебя скрутят и доставят по нужному адресу. Куда угодно, как угодно, в том виде, в котором прикажу.

Отстраняется, ловит мой затравленный взгляд. Больше не ухмыляется, наоборот, мрачнеет.

— Но не суть, — ослабляет узел галстука.

Садится на корточки. Мальчишеская поза резко контрастирует с жестокими словами.

— Я делаю это не ради наказания, — медлит, продолжает отрывисто: — Конечно, наказание планируется. Долгое, изощрённое, мучительное.

Не замечаю ничего вокруг. В темноте горят лишь его глаза. Поглощают целиком и полностью, пожирают без остатка и выпивают до дна.

— Но не важно, — подаётся вперёд, приближается почти вплотную

Забываю дышать, забываю о кляпе.

Пусть весь мир катится к чертям собачьим. Пофиг.

— Я делаю это, потому что могу, — чмокает в лоб и презрительно хмыкает: — А ты нет.

Damn. (Проклятье.)

Чувствую себя обманутой идиоткой. То есть нахожусь в обычном состоянии. Никаких дивидендов. Очередной облом.

— Добрая, всепрощающая, самоотверженная, — нарочито растягивает гласные, намеренно кривляется, выдерживает паузу и говорит уже серьёзно: — Даже обладая властью, реальным шансом покарать, откажешься и отпустишь грехи.

Достаёт платок из кармана белоснежной рубашки, бережно, по-хозяйски вытирает слюну с моего лица. Точно полирует деревянный стол в кабинете или чистит ботинки.

— С кляпом ты мне нравишься гораздо сильнее. Не приходится выслушивать бред, — трётся бородой о мою щёку. — Знаешь, существует кляп-кольцо, надёжно фиксирующий рот в открытом положении.