Онлайн книга Пограничник. Том 6: Шпионские игры

Тут, посреди не столь широкого, как на первом этаже, зала, лежали обломки купола, некогда венчавшего мечеть.

Когда подошло время обеда, Шарипов устроился как раз на большом куске купола.

Я, сидя в тени, на фрагменте отколовшейся стены с остатками мозаики, следил за горами, откуда мы пришли. Одновременно намазывал галеты тушёнкой.

Булат с интересом наблюдал за всем этим моим ритуалом. Наблюдал и, стоило мне посмотреть на него, заглядывал в глаза голодным взглядом.

— Что? — не отводя взгляда от далёкой горной гряды, спросил я.

Закончив с галетами, я приказал Буле:

— Сидеть.

Пёс послушался. Уселся передо мной и стал облизываться. Притоптывать передними лапами от нетерпения.

— Сидеть, Буля, — повторил я, а потом аккуратно положил ему на нос жирно намазанный тушёнкой галет.

Буля сидел так, словно бы и не замечал угощения. Лишь время от времени едва заметно сучил лапами. Это его движение — единственное, что выдавало нетерпение пса.

— Сидеть, — повторил я в третий раз.

Буля резко дёрнул нос из-под галета, поймал лакомство налету и принялся с аппетитом им хрустеть.

— Нравится? — Я тоже откусил кусочек. — Щас намажу и ещё дам.

— Саша, — раздался за спиной голос особиста.

Я услышал его хрустящие шаги уже давно. Знал, что он приближается. Да только не подавал виду.

— Товарищ капитан?

— Разговор есть, — Шарипов опустился рядом с Булей. Глянул на пса с опаской и интересом.

— Пока я рядом — не укусит.

Особист опасливо поднял руку. Медленно потянулся к холке пса. Буля, дожевывавший галет, казалось, не обращал на Шарипова никакого внимания. Когда капитан коснулся его шкуры, Булат всё же с интересом уставился на него.

— Хороший пёс, — улыбнулся Шарипов, трепля овчара по загривку. Потом он обратился ко мне: — Ты хорошо его натренировал, Саша."

"— Он уже был натренированный, — сказал я. — Я лишь показал ему, что мне можно доверять.

— Что ж, ты показал это и мне тоже, — неожиданно бросил Шарипов.

Я вопросительно приподнял бровь. Особист заглянул мне в глаза. Казалось, он боролся с собственным характером. Решался сказать мне что-то.

— О чём это вы?

Шарипов вздохнул.

— Я пришёл извиниться.

— За что? — спросил я, в общем-то понимая, что он имеет в виду.

— За то, что сомневался в тебе.

Шарипов поджал губы. Помолчал ещё немного.

— Понимаешь, Саша, смущали меня твои способности.