Онлайн книга Последняя жертва

Бывшая членом семьи Таруса, она вышла за одного из Ивашковых и казалась радостной видеть кузена, выдвинутого кандидатом на трон.

""Мне он не нравится, — сказал Адриан, скорчив рожу.

— Он всегда говорит мне делать что-то полезное с моей жизнью.

Натан записал имя Руфуса и затем скатал бумагу в трубочку.

Несмотря на древние обычаи, я полагаю секретарь записал все, что было сказанно, в ноутбук."

"— Хорошо, — провозгласил Натан, — подводим итог…""

— ""Я выставляю кандидатуру принцессы Василисы Драгомир.

Голова Лиссы резко дернулась влево, и я узнала знакомую фигуру.

Таша Озера.

Она стояла и говорила слова громко и уверенно, сверкая теми ледянными голубыми глазами, как будто предостерегала любого возразить.

Комната застыла.

Ни шума, ни движения на стульях.

Только полная и совершенная тишина.

Оценив выражения лиц, кандидат от семьи Озера был вторым самым изумленным человеком в комнате, слышавший речь Таши.

Первой, разумеется, была сама Лисса.

Потребовалась секунда, прежде чем Натан смог заговорить.

— ""Это не…""

Рядом с Лиссой неожиданно встал Кристиан.

""Я поддерживаю кандидатуру"".

И прежде чем Кристиан сел, Адриан уж вскочил на ноги.

""Я подтверждаю кандидатуру"".

Все взгляды в комнате были устремлены на Лиссу и ее друзей, и тогда все как один развернулись к Натану Ивашкову.

Казалось, ему трудно заговорить, снова.

— ""Это, — наконец-то он смог, — не законное выдвижение"".

""Согласно текущему положению в совете, линия Драгомиров не имеет право выдвигать кандидата"".

Таша, которая никогда не боялась говорить на публике или браться за невозможное, ухватилась за это.

Я могла сказать, что она желала этого.

У нее хорошо получалось вести речи и бросать вызов системе.

""В выдвижении кандидатуры монарха не нужна позиция Совета или кворум"".

""Это бессмысленно,""- сказал Натан.

Послышалось бормотание согласия.

— Перечитай законы, Нэйт — я имела в виду, лорд Ивашков.

Да, наконец он появился там.

Мой тактичный отец присоединился к разговору.

Эйб опирался на стену возле дверного проема, роскошно одетый в черный костюм, а рубашка и галстук были точно того же оттенка, что и зеленый изумруд.

Моя мать стояла позади него, на ее лице мелькнул легкий намек на улыбку.

На секунду меня увлекло изучение их нахождения рядом.

Моя мать: совершенная картина выдающегося мастерства и этикета стража.

Мой отец: всегда достигает своих целей, не важно насколько извращенными способами.