Онлайн книга Пожнешь бурю

– Я, кроме того, клялась уважать вас и почитать, – сердито добавила она, думая о том, что он стоит слишком близко, – и эту клятву исполнять тоже не собираюсь!

Она вытянула руки, чтобы оттолкнуть маркиза, и тут же почувствовала его пальцы на своих запястьях. Приготовившись к боли, Мереуин не сразу поняла, как нежно прикасаются к ней его руки, а на лице написано не раздражение, не гнев, а нечто весьма смахивающее на печаль.

– Вы всегда будете на ножах со мной, Мереуин?

Тронутая его тоном, девушка старалась не смотреть в неотрывно устремленные на нее серые глаза.

– Позвольте вам кое-что напомнить. Вы обещали превратить мою жизнь в ад на земле. Почему я должна быть мила с вами?

Иен безнадежно покачал темноволосой головой:

– Я вижу, прошлое будет вечно преследовать нас.

– А как же иначе?

Несмотря на резкость тона, смятение Мереуин нарастало. Неужели он пробует заключить мир и начать все сначала теперь, когда они муж и жена? Она желала бы в это поверить, но боялась.

– Я понимаю, вас мучают сомнения, – проговорил он, по-прежнему стоя к ней спиной. – Может, со временем они исчезнут.

Мереуин не успела ответить – в дверях неожиданно вырос лакей, объявляя, что обед подан.

– Пойдемте вниз? – Рука Иена повисла в воздухе. Мереуин, поколебавшись, вложила руку в его протянутую ладонь.

– Хорошо, милорд.

– Можете называть меня Иен. В конце концов, я ваш муж.

– Не стоит напоминать. Этого я никогда не забуду."

"Чувственные губы сжались, но тон не изменился:

– И обещаете не убегать?

Мереуин вздохнула, желая поверить своему сердцу:

– Обещаю, милорд.

– Иен.

– Обещаю, Иен.

– Постойте минутку, – попросил он, бросив взгляд в камин. Наклонился, поднял обручальное кольцо и надел на ее тоненький пальчик. – Впредь вам надо быть осторожнее, – сказал маркиз, смягчая улыбкой строгость тона, – а то опять потеряете. Ему суждено оставаться при вас всю жизнь.

– Да, милорд, – прошептала Мереуин радуясь, что он не стал ее бранить.

– Иен.

– Иен, – эхом отозвалась она.

Большой зал со сводчатым потолком и гобеленами на стенах, освещался мягким дрожащим пламенем свечей. Один конец темного дубового обеденного стола был сервирован прекрасным тонким просвечивающимся фарфором и ярко начищенным серебром. Едва Мереуин села, как вошли два лакея с супницей и бутылкой шампанского в ведерке со льдом.