Онлайн книга Право на жизнь (СИ)

Мой щит Огдена! Тот самый артефакт-подвеска, самый первый результат моего своевольного дара. Я думала, он сгинул безвозвратно.

— Тебе нужна защита вне стен Академии. Позволишь?

Шентия мягко отвел в сторону мои волосы, застегнул цепочку за шеей. Вроде невзначай задел позвонки самыми кончиками пальцем, а предательское тело уже прокатилось легкой дрожью. Закусила губу, застыла камнем — да что за пытка! Заметил, а отстраняться не спешит.

— Спасибо, ваша светлость, — выдохнула я.

Отодвинуться от мужчины после такого жеста вежливости повода нет, да и не хочется… Опять накрыло с головой тепло и исходящая от крепкого тела сила.

— Раз ты не хочешь, чтобы к тебе обращались согласно новому титулу, то и я запрещаю, — прошептали куда-то в затылок губы. — Зови меня по имени — Ронард. Могу я сопроводить тебя на ужин?

15.5. План в силе

— Тебя что, уже в армию завербовали? — с ужасом вытаращился Анхельм.

— Э-ээ… с чего ты взял, Хельме?

— Ну, у тебя вид такой… ну, платье такое.

— Красивое, — вдруг в голос сказали Мекса и Хельтинге.

Комплимент от унвартов — это прям неожиданно! А платье издалека и впрямь за мундир принять можно. Особенно если входишь в обеденную залу деревянной поступью в сопровождении лучшего боевого мага Империи.

Вкратце рассказала друзьям о новообретенном титуле, заново удивляясь собственным словам, будто не со мной все это происходит.

— Ну и… как-то так.

— Продуманный ход, — сощурилась Мекса.

— Думаешь, меня как марионетку использовали в каких-то своих целях? Мне показалось, император Нердес был искренен в том, что касалось долга их семьи.

— А Шентия причем? — нахохлился Анхельм. — Вы вместе пришли.

— Он магическую проверку проводил, Хельме. По родовой печати."

"Отвечаю как есть, а в ушах до сих пор шепот: «Ронард». Я не ответила ничего, лишь кончиками пальцев подхватила любезно предложенный локоть. Дорога до обеденной залы показалась вечностью, да еще на входе все как один повернулись к необычной паре — высокий брюнет с непроницаемым лицом и миниатюрная девушка, оба в черном, выделяются на фоне ярких дорогих нарядов.

Что за слова такие о том, что отдалюсь? Его светлость ведь сам границы выстроил, а теперь словно обход ищет. И прикосновения эти — медленные, пытливые. Зачем снова мучает, когда ясно дал понять, что между нами быть ничего не может? И это еще — «зови по имени». Да у меня язык не повернется. А смогу — берите тепленькой.