Онлайн книга Предел риска

Девушка сидела на диванчике, подтянув колени и устроив на них подбородок. Ее взгляд замер на нетронутом ею куске торта, в котором она лениво ковыряла вилочкой. Торт был вкусным, просто аппетит, как выяснилось, пропал."

"— В юности я ничего не видел дальше перчаток, плотно занимался боксом, отец не приветствовал моего увлечения, и я свалил из дома. Мой тренер подсказал, где можно срубить быстрые бабки. Свою первую победу я отмечал с приятелями. В шестнадцать, когда скачут гормоны, зашкаливает адреналин, и ты мнишь себя королем жизни — легко забыться, — спокойно говорил Степан, как-то грустно ухмыляясь, словно он сожалел о своем прошлом.

— И ты забылся, — подсказала Ядвига. Ее голос был очень тихим, словно она боялась нарушить тишину.

— И я, — кивнул Степа, его рука машинальным движением скользнула к шее. Возможно, он и сам не замечал этого. Но Ядвига заметила. И что-то щелкнуло в ее чуднОй голове. Ей захотелось облегчить боль Кружавчика, ставшего за несколько дней едва ли не самым близким человеком в ее жизни.

— Садись, — Ядвига сдвинулась дальше от края дивана, уступая место мужчине.

Степан не показал, что удивлен ее поведением. Но быстренько подсел, пока его врединка не передумала. Он устроился так, чтобы Ягушке было удобно разминать мышцы на его шее. И понял, что улыбается. Однако и разговор был еще не окончен.

— Мать Емели не была неопытной юной девчонкой, — продолжил рассказ Степан, — Она сама подкатила ко мне в клубе, точно знала, чего хочет. В отличие от меня. Иллюзий на ее счет у меня не было.

— Кружавчик, даже в шестнадцать нужно знать о безопасном сексе, — мягко попеняла ему Ядвига, и в ответ получила насмешливый взгляд.

— Я же не в лесу родился, — хмыкнул Степан, — Но вышло так, что я попал в ту самую сотую долю процента, о которой предупреждает Минздрав.

— Хорошо, что ты в свои шестнадцать не подхватил ничего венерического, — тихо захихикала девушка, — А Емельяна, наверное, замечательная.

— Угу, — согласился Степан. Под ее руками он буквально млел, а от тихого голоса, раздававшегося практически над ухом — возбуждался. Так и сидел, млея и возбуждаясь. Убойная, признаться, комбинация.

— Ты женился на ней? На маме Емели? — спросила Ядвига, когда Степан вдруг замолчал.

— Боже упаси! — пробормотал Ажуров, — Такую ведьму я бы и врагу не пожелал. И без меня нашлись кандидаты.

— Меня ты тоже как-то назвал ведьмой, — напомнила Ядвига.