Онлайн книга Прорвемся, опера!

— Только он придёт со всей толпой своих прикормленных адвокатов и ничего не скажет, — это дядя Витя прошёл мимо нас с толстой пачкой дел в картонных обложках, которые он нёс под мышкой. — Знаем, проходили.

Он, посвистывая, пошёл дальше.

— Вот именно, — подтвердил отец. — По повестке к тебе хоть Слепой припрётся, но тот блатной, а ворам с нами западло говорить. И подписывать ничего не будет, хоть ты тресни, так что смысла в этом не будет никакого.

— В казино один из людей Кросса работает, — я стал говорить тише.

— Шестёрка, — отец отмахнулся. — Мелкий и тупой контролёр, раньше с киосков дань собирал, теперь следит, чтобы игроки долги в казино возвращали. Таких как он много, и амбиций у него ноль, чтобы вырасти. А чё, это он твоего деда убрал?

— Не исключаю, что ради его квартиры. Был в больнице, говорил с пациентом, — я откашлялся, — на Ваньку Вагона указали. Буду брать, когда он придёт к одному парню долг выбивать, но хотелось бы что-то на него еще нарыть. Может, и в казино схожу.

— Аккуратнее только, ксивой не маши, пушку не бери, — он коротко кивнул.

— Знаю всё, — чуть улыбнулся я, — просто с тобой хотел пообщаться, что ты на этот счет думаешь?

— Слушай, ну, скажем так, скоро группировку «Универмаг» в общем и Кросса в частности ждёт большой сюрприз, — отец хитро улыбнулся. — Только никому не говори. Лады? Так что можешь чуток подождать. Но если хочешь узнать что-то до большого шухера, как они говорят, лучше не жди.

— Толя Коренев только знает, скажу ещё Якуту. И все.

— Смотри, Паха, — отец затушил окурок в цветке, — дело пока пахнет обычной уголовкой, хотя есть подозрения, что это банда — и тогда серия наклёвывается. Если точно поймёшь, что прослеживается именно организованный след и всё делается с ведома Кросса или кого-то из его бугров, скажи мне или Витьку, отработаем материал по нашей линии и приобщим всё к их делу.

— Договорились.

Всё это я понимал и сам, но я не столько пришёл за советом, сколько хотел пообщаться с ним, пока у него есть свободная минутка. А то редко доводилось поговорить, что в обычной жизни, что в ментовской.