Онлайн книга Развод. Он влюбился

Вычеркнул их из своей жизни, ограничившись коротким сообщением: сунетесь – убью.

Удивительно, но это подействовало на мать положительным образом. Она и правда стала меньше потреблять, а потом и вовсе закодировалась,

Нашла работу. Стала больше тратить денег не на себя, а на подрастающую дочь и понемногу откладывать на ее учебку. Даже мужика непьющего умудрилась найти. Простого трудягу, не хватавшего звезд с неба, но относившегося к ней с уважением и любовью.

И Марина выжила без горе-папаши. Закончила школу с отличием и поступила на бюджетный, предпочитая не с поминать о своем прошлом.

А потом услышала, как соседка по комнате восторженно рассказывает подружкам о том, какой у нее замечательный папочка. Как он ее любит, какая у них офигенная семья.

Папа то, папа се…

И глаза такие же голубые и наивные как у той девочки в розовом платье.

Марину это выбесило настолько, что она еле сдержалась. Хотелось сказать, что ни фига этот папаша не чудо, а конченный мерзавец, который наверняка по бабам скачет, пока блаженная Даша ему оды поет.

"Хотела сказать, да не стала. Вместо этого решила, все сделать сама.

Разбить эти гребаные розовые овечки, которые достаются любимым доченькам по праву рождения.

И все то, что ломало ее в детстве, что причиняло боль и нестерпимое мучение, Марина выплеснула на эту семью

Словами не передать, какое блаженство она испытала, когда Даша осталась за бортом.

Это в миллион раз круче самого крутого оргазма. Чистый кайф.

И рассорить ее с парнем было в кайф.

Сплошной кайф и веселье! И справедливость!

И вдруг снова прилетело это! Слова, от которых она до сих пор просыпалась ночью в холодном поту.

Не смей приближаться к моей дочери!

В этот момент она увидела перед собой не только Жданова, но и отца. Они слились в один образ с оскаленной пастью, и Марина не выдержала.

Ударила. А потом, когда Алексей валялся на лестничном пролете без сознания и неестественно вывернутой ногой, просто взяла и убежала.

Только не в столицу и не к матери в Зажопинск.

Она направлялась, туда, где жила Дашка, чтобы завершить начатое.

Не сметь приближаться к его дочери?

Как бы не так! Приблизится, заберет то, что дорого, а потом будет смотреть как в дурацких голубых глазах подыхает гребаная наивность.

Глава 17

Я не знала, какими словами описать свое состояние.