Онлайн книга На одном дыхании!

– Ой, да отцепись ты!

Прохоров оглянулся и засмеялся:

– Девочки, не ссорьтесь!

Дженнифер смотрела на Глафиру презрительно.

Ты-то уйдешь, говорила ее недовольная физиономия, а я останусь! Еще посмотрим, кто кого.

– Она меня ненавидит.

– Не выдумывай.

Прохоров поставил перед Глафирой бутылку какого-то мудреного йогурта и чистый стакан.

– День надо начинать с натурального продукта.

– Я уже начала день с колбасы.

– Очень плохо. И зачем ты это рассматриваешь?! Нервы себе портишь!

Глафира попыталась спихнуть тяжелую и горячую Дженнифер, но та уперлась и не уходила ни в какую.

Кремень-кошка. Скала.

– Андрей, а зачем ты этот материал поставил?

– Прости.

– Да я не для того, чтоб ты извинялся, – вдруг вспылила Глафира. – Но неужели нельзя было… меня пожалеть?

Прохоров налил йогурт в стакан, отхлебнул и поморщился, словно хватил коньяку.

– Глаш, в нашем мире никто никого никогда не жалеет. Тебе это известно лучше других! Я не мог его не поставить.

– Мог, – возразила Глафира убежденно.

– Вы?! – поразился Прохоров. – Вы с Разлоговым?! Это что-то новенькое. Доселе не бывалое.

– Хорошо, – помолчав, поправилась Глафира. – Разлогов и я всегда старались друг друга… щадить. И ему вовсе не нужна слава такого рода! То есть была. Не нужна была.

– Я понял, понял.

– И ты… со мной, – это она едва выговорила. – Ты все про меня знаешь, но эта гадость все-таки вышла, и именно у тебя!

Прохоров налил себе еще немного заветного йогурта и так же залпом выпил.

– Глаша, – сказал он совершенно спокойно. – Я тебя люблю. Ты это отлично знаешь.

– Я тебя тоже люблю, – сообщила в ответ Глафира.

– А Разлогов… ему же было наплевать на людей! На тебя, на меня, на собственную бабушку! Ему нужно было потешить самолюбие этой девицы, – Прохоров кивнул на фотографию. – Он заплатил за публикацию, и все! Дело сделано, Глаша! Что мы при этом чувствуем – наплевать!

Глафира молчала. Дженнифер навалилась ей на бедро, вытянула ногу почти к самому ее носу и принялась урча вылизывать бок.

– Ну хорошо, – сказала Глафира, – ладно. Ты ничего не мог поделать. А фотографии эти!..

– Что фотографии? – Прохоров повернул журнал к себе. – Обычные фотографии! Джентльменский набор.

Она хотела спросить про одну-единственную фотографию, ту самую, странную и загадочную. Она была уверена, что, разгадав тайну этого снимка, она освободит хоть одну ниточку из скрученного намертво клубка.