Онлайн книга Секреты

Было уже около одиннадцати, и Зак был уверен, что их не впустят, но, как ни странно, только что вернувшиеся со студии инспектора согласились сделать исключение для «таких людей», как они сказали. Их заперли в комнате наедине с Биллом. Снаружи находился охранник, который через окошко видел все, что происходило в помещении. Джейн и Габриэле велели оставить при входе сумочки, а Зака обыскали. Как только они вошли, дверь за ними закрыли. Вообще это была комната для допросов — гораздо более цивилизованного вида, чем обычные тюремные комнаты для свиданий.

— Все будет хорошо… Вот увидишь. Билл долго не мог произнести ни слова. Он выглядел плохо: был грязным, небритым, казался опустошенным.

— Мы не можем в это поверить, Билл. Это похоже на очень плохой сценарий, — сказал Зак, пожимая ему руку, и сел на стул. Билл последовал его примеру.

— Я тоже не могу, — сказал он, с благодарностью глядя на прибывших.

Это означало еще двое суток ада.

— Но почему?

Зак не понимал, как это возможно, если нет явных улик.

— Потому что у меня нет алиби. Я катался на машине один. Никто меня после двенадцати часов не видел, а это случилось между часом и двумя. Ее нашли у меня дома, и, очевидно, этого достаточно. Они считают, что я был недоволен ее жизнью, и это действительно так.

Билл осекся. Габи ласково коснулась его руки, подождала, пока он поднимет на нее глаза, а потом тихо сказала:

— Я сказала им, что ты в ту ночь был у меня.

Билл мгновение смотрел на нее, словно не понял того, что услышал, а потом покачал головой. Габи упорно вглядывалась в него. Оба понимали, что в помещении могут быть подслушивающие устройства, надо было в разговоре соблюдать осторожность.

— Что ты сказала? — наконец переспросил Билл.

— Я им сказала, что мы встречались у меня, после того как я уехала от Зака.

— Почему?

Билл с изумлением глядел на Габи. Почему она так поступила после всех гадостей, которые он ей делал? Почему вообще что-то предприняла? Он был потрясен.

Габи, глядя ему в глаза, спокойно ответила:

— Я им это сказала, потому что это правда. Не нужно больше врать ради того, чтобы меня выгородить, Билл. Не огорчайся.