Онлайн книга Случайная вакансия

— …И… ну, в общем, вкратце как-то так, — беспомощно закончил он.

Колин глазами искал поддержки у Тессы, но жена остановившимся взглядом смотрела в никуда. Колин был немного уязвлён; он-то надеялся, что Тессе будет приятно видеть, как улучшилось его состояние, как он взял себя в руки после мучительной бессонной ночи. В животе зашевелились щупальца страха, но ему было спокойнее оттого, что рядом находилась Парминдер — его сестра по несчастью и жертва несправедливости — и ещё миловидная дама из социальной службы, которая внимательно и сочувственно его слушала.

Если кто и ловил каждое его слово насчёт законного права Филдса оставаться в составе Пэгфорда, то не Кей, а Тесса. По её мнению, доводам мужа недоставало убеждённости. Ему хотелось верить в то, во что верил Барри; ему хотелось одолеть Моллисонов потому, что к этому стремился Барри. Сам Колин терпеть не мог Кристал Уидон, но Барри относился к ней с теплотой, а потому Колин допускал, что в ней есть нечто такое, что остаётся за гранью его понимания.

Как же глубоко они заблуждаются, думала Тесса, глядя на эту троицу, погружённую в созерцание диаграммы, которую Парминдер извлекла из материалов Кей. Они считают, что смогут повернуть вспять шестьдесят лет неприязни и обид с помощью нескольких листков с цифрами. Среди них нет такого, как Барри. Он был живым примером тому, что они предлагают в теории: от нищеты пробился к богатству, от унизительного бессилия — к заметному месту в обществе.

— Людей определённо раздражает, что Моллисоны пытаются заправлять всем единовластно, — повторил Колин.

— Я уверена, — заявила Кей, — они больше не смогут разглагольствовать о бесполезности клиники, когда эти материалы будут преданы огласке.

— В совете ещё не все забыли Барри, — добавила Парминдер чуть дрогнувшим голосом.

Тесса вдруг поняла, что её скользкие от жира пальцы шарят в пустоте. Под шумок она в одиночку прикончила чипсы.

VII

Стояло ясное, благоуханное утро, но по мере приближения большой перемены в компьютерном классе школы «Уинтердаун» становилось душно; проникающий через грязные окна свет игривыми солнечными зайчиками дрожал на пыльных мониторах. Хотя ни Пупса, ни Гайи рядом не было, Эндрю Прайсу всё равно не удавалось сосредоточиться.