Онлайн книга Смертный грех

 — Ты ведь знаешь, что у Людей Льда есть запасы колдовских трав и всего такого. Среди них есть и корень мандрагоры, а иметь ее, ты ведь знаешь, это уже кое-что! Я думаю, что тот, кто завладеет всем этим наследством, сможет сделаться сильным, бессмертным, возможно, даже невидимым.

— Эх, — недоверчиво ответил Бранд. — Не верю я этим сказкам. Хотя, конечно, не плохо бы иметь корень мандрагоры.

— Вот именно. Но все наследство куда-то исчезло. Бранд некоторое время молчал, потом медленно произнес:

— Нет, оно не исчезло.

— Что? — воскликнул Тронд, вскакивая. — Его кто-то получил? От деда?

— Да. Думаю, он говорил однажды именно об этом. Но мы были тогда еще маленькими и не понимали, что к чему.

— И кто же? — спросил Тронд.

— Тарье.

— Тарье? Зачем ему это? Он и так умный!

Бранд пожал плечами.

— Разве дед не говорил тогда, что Тарье — единственный, кто может использовать его по назначению?

Тронд не слыхал, что говорил дед, и поэтому ничего не мог вспомнить.

— Но ведь Тарье сейчас в Тюбингене, в южной Германии! Не мог же он забрать туда все! Наверняка он спрятал оставшееся дома и спрятал хорошо, потому что я никогда этого не видел.

— Да, — задумчиво произнес Бранд. — Он наверняка припрятал все. Чтобы не нашел этот прохвост Колгрим.

Тронд повернулся к Бранду и пристально посмотрел на него.

— Время от времени у тебя начинают ворочаться мозги, брат. Разумеется, так оно и есть! Ведь ты хорошо знаешь, как относился дед к тем, кто привержен добру. Но все-таки я думаю, что он поступил неразумно.

— Да, — сказал Бранд. — Я думаю, они будут считать это большой несправедливостью с его стороны.

— Я тоже так думаю.

Бранд засмеялся.

— А было бы забавно стать невидимкой! А иметь мандрагору — а? Она ведь дает человеку необыкновенные силы. Но лучше все же стать невидимкой. Представь себе, что может натворить такой человек в лагере врага!

— Да, ты уж скажешь! — засмеялся в ответ Тронд.

Один из братьев никак не мог заснуть. Он все время думал о том, как бы разбогатеть нечестным путем. Он глядел, как пылает и колышется на ветру в ночи лагерный костер, а мысли его шли своим чередом, делая неожиданные для него самого повороты.

Его фантазии становились все более и более устрашающими и вместе с тем все более и более заманчивыми.