Онлайн книга Соль под кожей. Том второй (СИ)

— Тебе больно? — беспокоюсь и рвусь вперед, но снова спотыкаюсь за пару метров до кровати. — Доктор сказал, что тебе нельзя делать резких движений и нужно просто лежать, и выздоравливать."

"— Если бы соотношение лежания к моему выздоровлению действительно на что-то влияло, я бы уже бегала стометровку на олимпийский стандарт, — шутит Лори.

А потом, одними губами просит подойти, ладонью похлопывая на место на кровати рядом с собой. Я мнусь несколько секунд, но у нее такой умоляющий взгляд, что у меня просто нет выхода, кроме как сдаться и послушно исполнить просьбу.

Понятия не имею, как ей это удается, но даже здесь, на стерильной больничной койке, в палате, насквозь пропитанной антисептиком, от Лори пахнет белыми цветами и медом. Хочется зарыться носом ей в волосы, вдохнуть его полной грудью, чтобы хоть как-то очиститься от всего того дерьма, которое я успел натворить в жизни. Вот только волос у нее больше нет. А о многих вещах, которые я сделал собственными руками, вообще ни капли не жалею, и случись шанс что-то переиграть — поступил бы точно так же.

— Ты отлично выглядишь, — говорю я, избегая попыток ее ладони притронуться к моим пальцам. В конце концов, просто сую руки в карманы спортивных штанов, хоть выгляжу при этом точно как идиот.

— Загорела, да?

Она слабо прикрывается ладонью от слепящих солнечных лучей и я, пользуясь шансом, иду к окну, чтобы задернуть жалюзи, а потом остаюсь стоять там. Лори, конечно, все понимает и больше не предлагает сблизиться.

— Если я скажу, что ничего не помню — ты посчитаешь меня сумасшедшей? — спрашивает с детским беспокойством, хотя изо всех сил старается казаться беззаботной. — То есть, я помню, кто я и кем была, и тебя помню. Помню, как мы ездили на тропические острова и ты стащил меня в воду прямо с пирса, поэтому нам пришлось…

Она пересказывает наш последний отпуск с теми же «анатомическими подробностями», с какими его помню и я, слово в слово, повторяя каждый его день даже не по часам — по минутам.

— Только я не очень помню, как мы вернулись домой, — она только слегка краснеет, но на обескровленном лице ее щеки алеют как маяк. — И как здесь оказалась — тоже не помню. Вообще. Медсестры говорили, что была какая-то авария и просто чудо, что я…

— Медсестры всегда слишком много болтают, — не даю ей закончить.