Онлайн книга Стеклянный дом

Наступила осень, а потом зима. А потом Ребекка забеременела.

Она носила его ребенка.

Снимок ультразвукового обследования он нашел случайно, когда пришел к ней в гости в общежитие. Начал спрашивать, что на нем изображено, откуда он взялся. Она вырвала снимок у него из рук, сказала, что его это не касается.

До сих пор не мог он без боли вспоминать, как разъярился тогда. Кричал, словно обезумев:

– Это мой ребенок? Мой? Отвечай, черт подери!

И она ответила, что не знает.

Хокан закрыл уши ладонями, словно стараясь спрятаться от звука ее голоса, который, как ему казалось, разносился эхом по всему озеру.

Он сел на пол, положив ногу на резервную канистру с бензином, лежащую на корме. Как долго он сможет скрываться? Как скоро они разнюхают, что у него есть катер? Если полиция узнает, что он сказал Ребекке в тот вечер, когда нашел снимок зародыша, его тут же посадят на всю оставшуюся жизнь. Он никогда ничего не докажет.

Но разве он в чем-то виноват?

Меларен – большое озеро, здесь много укромных местечек.

Хокан поднялся с пола, лег на короткую скамью. На катере можно было устроить настоящую постель, хотя и не с такими удобствами, как дома. Он взял с собой достаточно еды и питья, так что сможет скрываться, как минимум, неделю.

Хотя что такое неделя? Не так уж много.

Что он будет делать потом, он еще не придумал.

И снова его охватило чувство безнадежности. Все было непоправимо разрушено. Его отец не вернется, Ребекка тоже. И ребенок, которого она ждала, потерян.

Хокан съежился на скамье на катере. Он должен принять решение. Строго говоря, что изменится, если он тоже исчезнет?

42В третий раз на этой неделе Алекс ехал от управления криминальной полиции на Кунгсхольмене к месту захоронения в Мидсоммаркрансене.

Сообщение о том, что в могиле найдено еще одно тело, приостановило всю прочую работу. Фредрике было поручено продолжить поиски женщины, купившей золотые часы, а Петер поехал с Алексом.

– У меня по поводу всего этого неприятное чувство, – проговорил Петер, уже сидя в машине.

– У меня тоже, – согласился Алекс, – но я не вижу, как еще мы могли бы расставить приоритеты.