Онлайн книга Суши с хлебом (СИ)

Они курили, перекидывались какими-то фразами, периодически кивали на слова друг друга, а затем оба, закончив с сигаретами, вошли в дом.

Матвей слегка улыбнулся мне и сел рядом за стол. Папа, мазнув по мне уставшим взглядом, поднялся наверх. Мама, немного посмотрев на нас с Матвеем, тоже поднялась в свою комнату.

— Голодный? — спросила я, пододвигая к Матвею всю еду, что была на столе.

— Просто хочу пить. Нормально поспала? Батя не лютовал?

— Всё хорошо, — улыбнулась я Матвею уголками губ и украдкой, боясь, что кто-то увидит, поцеловала его.

— В саду срал.

— М-м-м, — протянула я, поджав губы. Садовник будет обескуражен «подарком». — Папа сказал, что ты можешь ехать домой?

— Да? — хмыкнул Матвей. — Не знал, что мне надо было у него отпрашиваться.

— Ну, я отпросила, на всякий случай.

— Ты со мной?

Матвей заглянул мне в глаза.

— Да, но я приеду позже, — я с тоской посмотрела наверх. — Родители собрались разводиться.

О том, что в мой план входит ещё помощь сестре, я решила умолчать.

— У тебя на лбу написано, что ты ещё какую-то хрень придумала.

— Это не хрень. Но тебя я в это втягивать не стану.

— А кого станешь?

— Никого. Сама справлюсь.

— Как с дровами, огородом и баней? Рассказывай, Солянка.

— Давай не здесь, — шепнула я, теперь уже с опаской глянув наверх.

Глава 51

Папа отпустил меня к Матвею.

Сам!

Наверное, послабление за то, что я целых две недели была рядом с ним и старалась как можно больше общаться с ним вечерами после его возвращения с работы.

Его даже уговаривать не пришлось. Я просто напомнила о том, что он обещал не препятствовать той жизни, которую я хочу построить сама.

Да, ему всё ещё с трудом удаётся соглашаться со мной. Каждый раз он будто наступает себе на горло, но я рада, что он реально начал меня слышать. Взамен я тоже стараюсь слышать его и не нестись куда-то, сломя голову.

Я приехала в уже знакомую деревню в машине с водителем, на котором настоял папа. Хотя, я бы с удовольствием снова прокатилась бы на автобусах до местечка, с которого началась моя новая настоящая жизнь.

Теперь уже я вижу эту деревню совсем не иначе. Не как захолустье с отсталой цивилизацией, а как чистой место с искренними настоящими людьми.