Онлайн книга Сын Сталина

Абиссинский негус игнорировал наши ноты и жалобы. Нас принудили дать разбойникам достойный ответ.

– И ответ был достойным? – спокойно поинтересовался Иосиф Виссарионович.

Муссолини снова вздохнул и ничего ответил, лишь сокрушенно помотал головой.

Повисла короткая пауза.

– Значит, вы хотите от нас помощи, – подвел итог Сталин. – Это справедливо. Вы помогли немецким товарищам и нашим добровольцам одержать победу, и имеете полное право рассчитывать на нашу подмогу. Но есть мнение, что итальянским товарищам надо сперва определиться с очередностью стоящих перед ними задач.

С этими словами он бросил быстрый цепкий взгляд на Тельмана, который согласно кивнул."

"– Если бы мы могли рассчитывать на… – начал Муссолини, осторожно подбирая слова, – э-э-э-э… устранение от активной политической деятельности Хайле Селассие[376]… э-э-э-э… желательно вместе с его двоюродным братом Ымру[377]… и Сейюмом Мэнгаша[378], это, конечно, облегчило бы наше положение на фронтах…

– А если бы кто-то ещё устранил маршала де Боно и генералов Грациани и Бадольо[379], – бухнул Тельман, буравя взглядом итальянца, – то вы и победить могли бы!

– Но у нас слишком мало генералов, перешедших на сторону коммунистического будущего Италии! – вскинулся Муссолини.

– Их надо не брать, а растить, – наставительно произнес Сталин. – Маршал Будённый не был не только генералом, но даже офицером, но прекрасно командовал армией. Товарищ Фрунзе ни дня не служил в старой армии, но оказался великолепным командующим армией и фронтом.

– Нашим механизированным корпусом, а теперь – и всем Саксонским фронтом – командует подполковник Роммель, – поддержал Вождя Тельман, – и прекрасно справляется!

Муссолини молчал: возразить было нечего. Но затем глухо проговорил, глядя в стол:

– И все-таки уничтожение руководства Абиссинии значительно облегчило бы наше положение.

– Это, наверное, так, – медленно уронил Сталин после паузы.

– Ну, ведь у вас… у вас есть… – первый секретарь народной коммунистической партии Италии сбился, но собрался и закончил твердо: – Я имею в виду тех товарищей, что осуществили приговор кровавому псу Гитлеру…

Тут он снова стушевался и замолчал.