Онлайн книга Узел

– И что?

– Мойсеенко ничего не сделал. Как это у вас? Палец в палец не ударил. Мы ждали три месяца и пошли к Рейнботу. Толку и здесь не было.

– Мойсеенко отстранен от должности, – сообщил Лыков. – Его, скорее всего, ждет суд. Вы будете выдвигать обвинение?

На лице китайца мелькнула брезгливая гримаса.

– Нет. Он бесчестный человек. Но мы живем в чужой стране, нам не нужны скандалы. А нужна хорошая торговля. Так часто бывает, что приходится нести убытки. Мы списали эти затраты на убытки. И долго молчали, потом писали, жаловались… Но устали терять прибыль из-за воровства.

Лыков отмахнулся и сказал:

– Меня послал премьер-министр не для того, чтобы обирать потерпевших. Поймать воров – обязанность властей. Мы и так уже перед вами виноваты.

– Хорошо, – важно кивнул уполномоченный. – Это слова государственного человека.

Алексей Николаевич по глазам «товарищей» видел, что они все прекрасно понимают, поэтому сказал:

– Мне от вас понадобятся сведения. Как именно пропадает товар, какие сорта и объемы чая, как преступники подменяют документы…

Но Джо-Хун-О невежливо остановил сыщика жестом.

– Что? – не понял тот.

– Мы нашли воров сами.

– Как?

– Наняли отставного агента сыскной полиции, и за пятьсот рублей он все выяснил.

– Частный сыск в России запрещен законом, – возразил коллежский советник.

– Да, мы знаем. Но от государственного нет никакого толка. Мы приняли меры.

– Говорите! – потребовал заинтригованный Лыков.

– В Москве есть место, где наш чай расфасовы-вают. Клеят другой этикет и отпускают продавцам. Те продают, как свой товар.

– Что это за место?

Джо-Хун-О заговорщески огляделся по сторонам и сказал шепотом:

– Фабрика электрической развески чаев торгового дома Перлова и Казакова, Каланчевская улица, дом двадцать три.

– Что, краденый чай обрабатывают там? У почтенных торговцев?

– Перлов с Казаковым об том не знают. Мошен-ничают управляющие.

Лыков подумал и спросил с сомнением:"

"– Ваши сведения точны? А то мы ворвемся туда с облавой да и обмишуримся…

– Господин Лыков. Вон сидит почтенный Кон-Ха-Шен. У него только что пропало двести мест чая высшего сорта «ю-чен-юань-нумы».