Онлайн книга В объятиях смерти

Может быть, заходит и выходит из комнат мотеля с ковровыми покрытиями на полу.

— Тогда его выбор жертвы лишен всякого смысла, — сказала я.

— Пожалуй, но становится понятным отсутствие семенной жидкости, — спорил Марино. — Мужчины-трансвеститы, гомосексуалисты обычно не насилуют женщин.

— Они обычно и не убивают их, — заметила я.

— Я упоминал об исключении, — снова начал Хейновелл, глядя на часы, — так вот, то самое оранжевое акриловое волокно, которым вы так интересовались. — Его серые глаза бесстрастно уставились на меня.

— С трехлистным клевером в сечении? — вспомнила я."

"— Да, — кивнул Хейновелл. — Форма очень необычная. Цель, которая обычно преследуется при изготовлении трехлопастных в сечении волокон, — скрывать грязь и рассеивать свет. Единственное место, которое я знаю, где вы можете найти волокна с таким профилем, — это нейлоновое ковровое покрытие «плимута» конца семидесятых. Именно там волокно в сечении имеет такое же очертание трехлистного клевера, как в деле Берил Медисон.

— Но оранжевое волокно — акриловое, а не нейлоновое, — напомнила я Хейновеллу.

— Верно, доктор Скарпетта, — сказал он. — Я излагаю вам факты, чтобы проиллюстрировать уникальные свойства волокна, о котором идет речь. Тот факт, что оно акриловое, а не нейлоновое, что яркие цвета, такие, как оранжевый, почти никогда не используются в автомобильных ковровых покрытиях, позволяет нам исключить множества возможных источников этого волокна, включая «плимуты» конца семидесятых.

— То есть вы никогда прежде не видели ничего, подобного этому оранжевому волокну? — спросил Марино.

— Именно к этому я и веду, — Хейновелл явно колебался.

Уэсли перехватил инициативу:

— В прошлом году мы получили волокно полностью идентичное этому оранжевому, когда Роя попросили исследовать следы, обнаруженные в «Боинге-747», захваченном пиратами в Афинах, в Греции. Не сомневаюсь, вы помните этот случай.

Молчание.

Даже Марино на какое-то время замолк.

Уэсли продолжил, его глаза потемнели:

— Пираты убили на борту двух американских солдат и выбросили их тела на площадку перед ангаром. Первым, кого выбросили из самолета, был Чет Рамси, двадцатичетырехлетний морской пехотинец. Оранжевое волокно прилипло к крови на его левом ухе.

— Могло волокно попасть туда из салона самолета? — спросила я.

— Не похоже, — ответил Хейновелл.