Онлайн книга Ваш ход, миссис Норидж

Но выбора нет – придется ехать туда».

– Мне нужно поговорить с Миллисент насчет трех тысяч и съездить вместе с ней к ее родне, – сказала она пленнику. – Несколько дней вам придется провести без меня.

– Вы что, бросите меня здесь одного?

– У вас будут сухари, вдоволь воды и пустое ведро. Как-нибудь продержитесь.

* * *Миллисент стояла у окна, не слыша, что обсуждают за ее спиной мистер и миссис Чаплидж. Очнулась она только тогда, когда услышала собственное имя.

– Миллисент!

– Да-да, конечно, – невпопад отозвалась молодая женщина.

Родственники смотрели на нее сочувственно.

– Милая, я спросила, когда вернется твой муж, – ласково сказала миссис Чаплидж.

– Ох, я и сама хотела бы это знать, – выдохнула Миллисент.

Дядюшка, утешая, положил руку ей на плечо.

– Дела есть дела. Странно только, что от него нет писем…

– Должно быть, он чрезвычайно занят, – торопливо сказала его супруга. – Не расстраивайся, Миллисент, скоро он объявится, я не сомневаюсь."

"К счастью, мистер Чаплидж снял руку с плеча племянницы и отошел, иначе бы он заметил, как она вздрогнула от отвращения при одной мысли о муже.

«Письма, – думала Миллисент, поднимаясь вверх по лестнице в отведенную им с Гэвином спальню. – Вот то, что мы не продумали с миссис Норидж. И почему от нее нет вестей? Ох, еще один день тишины – и я сойду с ума».

Она остановилась перед дверью в свою комнату.

Гувернантка уехала четверо суток назад. Что, если с ней случилась беда? Вдруг она стала жертвой несчастного случая или болезни? Что Миллисент будет делать без нее, когда ее собственный муж заперт в чужом доме, в четырех милях от города? А если вернется хозяйка?! Она выпустит Гэвина, и тогда…

– Нет, нет! – вслух сказала Миллисент.

«Нельзя позволять страху и смятению влиять на мои поступки. Миссис Норидж всегда говорила, что отчаяние – худший советчик».

Так тяжко сидеть одной в четырех стенах, не зная, чем себя занять! Миллисент заставляла себя отвлекаться на чтение, но с третьей строчки смысл прочитанного начинал ускользать от нее, и к концу страницы она не могла вспомнить ее начала; разговоры с дядей и тетей лишь усиливали тревогу.

«Тоски! Знали бы они…»

Миллисент поднялась на крышу, села среди тетушкиных цветов, поглядывая в сторону балюстрады.

Поначалу она думала, что не осмелится больше прийти сюда.