Онлайн книга Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Вон, еще шелуха, а тут…

Парень вдруг опустился на колени и заводил носом, словно гончая, почуявшая след.

– Что такое? – заинтересованно склонился Егор.

– Камень плохо лежит, – Рыбина уверенно ткнул пальцем. – Вот этот. Как-то не так.

– Что значит – не так?

– Так он не такой уж большой и тяжелый, а лежит ровно посреди тропы, – пояснил парень. – А тропа-то – нахожена, давно б его кто-нибудь в расщелину скинул, ага! А ну-ка…

Вожников еще ничего не успел даже подумать, как Энрике, вскочив на ноги, с размаху пнул каменюку, и тот, слетев с тропинки, подпрыгивая, покатился вниз, да угодил прямо в ручей, подняв тучею брызги.

– Вот так и было бы, сеньор! – уперев руки в бока, довольно доложил юноша. – Всеми святыми клянусь.

– С чего ж он тогда здесь лежал? Кто-то что-то скрыл… – присев, князь погладил каменистую землю рукою… нащупав что-то липкое… – Кровь?

– Точно кровь, сеньор! – полизав странные пятна, закивал Рыбина. – Всеми святыми кля…

– Да хватит уже клясться! – Вожников взволнованно указал вниз, в расщелину.

Бывший гопник тотчас же исполнил приказанное, ухнув в расщелину с такой прытью, что князь уже стал всерьез опасаться – не разбил бы дружище Энрике голову! Не разбил. Спускался ловко, видать, с детства по горам лазил, и сейчас еще не потерял сноровки. Спустился, искал – можно сказать, носом землю рыл и под каждый камень да кустик заглядывал. И не нашел – ни-че-го!

– Нет, сеньор, – если и убили, так тело сюда не сбросили.

Вожников недоверчиво покачал головой:

– И кому мог понадобиться нищий мальчишка?

– А кому угодно, сеньор. Его же можно продать маврам! Полсотни золотых как пить дать отвалят… ну, или чуть меньше.

– Ах, вон оно что… – подумав, согласился Егор. – И как же я раньше не догадался? Однако почему тогда кровь?

– Может, для острастки ударили? Чтоб не трепыхался.

– Да нет – крови-то слишком уж много. Боюсь… – оборвав фразу, князь махнул рукой.

Вскоре путники вышли к реке, все так же несшей свои мутные воды в море, иногда – маясь на разливах бездельем, а иногда – мчась в горных теснинах сокрушающе-бурным потоком.

– На излучине надо смотреть, – покрутив локон, Аманда высказала вполне справедливую мысль.

Князь молча кивнул, и все так и сделали, пройдя пешком по узкой рыбачьей тропе до излучины, широкой, поросшей у самой воды узенькой кромкой шуршащего на ветру камыша.