Онлайн книга Дантисты тоже плачут

Вот и сейчас, покрутившись под одеялом, я вспомнила, что на Новый год в Машкином лицее ставили спектакль. Дочь изображала монахиню. Утром костюм в полной сохранности обнаружился в кладовой. Я взяла его, спрятала в «Пежо» и позвонила Владимиру.

– Хозяина нет, – ответил приятный женский голос, – будет только завтра.

Чудесненько, этого-то мне и надо. Заглянув в книжный магазин, я поехала на улицу Усиевича. Быстренько переоделась в машине и вылезла наружу монашкой. Надвинув пониже на глаза капор или как там называется то, что носят монахини на голове, позвонила в домофон.

– Что желаете, святая мать?

– Сын мой, – занудила я, – приобретая книгу, вы поможете несчастным голодным и обездоленным.

И сунула под нос консьержу «Агностицизм и вера». Швейцар в ужасе уставился на название.

– Нет-нет, не читаю ничего подобного, если хотите, предложите жильцам.

– Храни вас бог, – величаво произнесла я и, путаясь в длинной юбке, пошла вверх по лестнице.

Дверь в квартиру стоматолога открыла приятная дама. На руках у нее весело подпрыгивал Юра. Увидев монахиню, нянька тут же предложила войти.

Нет, потрясающая беспечность. Любая форма просто парализует обывателей. Высунув книгу, я принялась предлагать ее женщине. Но та отказалась наотрез. Тогда, сославшись на усталость, попросила стакан воды. Приятная нянька предложила чай и налила чашку. В благодарность монахиня предложила помолиться о каждой комнате, чтобы изгнать бесов.

– Не возьмете чемодан со старыми вещами для нищих? Хозяин велел себе взять, да я такое не ношу, и выкинуть жаль. Вдруг бомжам подойдет.

Пока женщина ходила за шмотками, я глазами обежала комнату. Она была выдержана в холодных голубых тонах, даже батарея покрашена синей краской. Огромный ковер четыре на пять, не меньше, закрывал пол почти полностью. Маловероятно, что здесь раньше лежал миниатюрный коврик.

Прислуга позвала, и я вышла в холл. У двери стоял огромный чемодан из свиной кожи, украшенный инициалами «РС».

– И чемодан тоже? – удивилась я. – Дорогая вещь.

– Берите, берите, – заверила женщина, – здесь до меня жила другая нянька, да умерла, бедняга, от сердечного приступа. Так это ее вещи. Но ведь беженцам все равно.

Я поволокла добычу в «Пежо».