Онлайн книга Газлайтер. Том 9 (СИ)

Лакомка с озорной усмешкой наблюдает за юными сестрами, Гепара сидит тише воды, Лена листает страницы учебника, забыв про тарелку с мюслями. Помню, как в другой жизни мечтал о семье, но никогда в жизни не представлял себе семейную идиллию именно в таком своеобразном виде. Сплошное женское общество. Повезло так повезло, конечно. В принципе меня всё устраивало бы, если бы не суповой набор из попугая, который на днях приедет вместе с Кирой. Ух, ненавижу этого костяка.

— Всем хорошего дня! — я встаю и направляюсь на подземную парковку.

"Развязки, эстакады, туннели, снова развязки… Через час «Майбах» наконец сворачивает на частную дорогу, и возникшие из-за поворота кованые ворота распахиваются сами собой.

— Умно сделано, — замечает Никитос за рулем.

— Ты про ворота? — уточняю.

— Ага, шеф. Не на прямой дороге поставлены, а за поворотом. Вражеским броневикам сложно будет взять разгон, чтобы снести их.

— С этой стороны да, — соглашаюсь. — Но такие ворота годятся только для уединенной жизни. Стоит устроить большой бал, и на повороте начнут биться друг с другом длинные кортежи гостей.

— Ну если побьются, просто купят новые тачки, — пожимает плечами Никитос. — Дворяне же, денег немерено.

— Чужой карман всегда толще, — фыркаю я.

Усадьба у Фирсовых простая как кирпич. Серьезно: это не особняк, а огромный красный кирпич, фасад которого облицован красными кирпичами поменьше.

Никитос отъезжает на асфальтированную площадку у правой стены. Ожидавший там слуга провожает меня от парковки в дом. В холле я встречаюсь со стройной девушкой, которая незамедлительно делает реверанс, наклонив голову.

— Ваше Сиятельство, большая честь принимать вас в доме Фирсовых, — струится мелодичный голос.

Она поднимает лицо, мы встречаемся взглядами, я удивленно поднимаю брови:

— Тетя Клара?

— Простите? — девушка недоуменно склоняет голову набок.

— Это вы меня простите, — стряхиваю наваждение. — Я обознался.

На ее губах мелькает добрая улыбка.

— Екатерина Фирсова к вашим услугам. Неужели я выгляжу настолько старой, что меня можно принять за чью-то тетю?

— Отнюдь, — отрицаю шутливые претензии. — Несмотря на свой семнадцатилетний возраст, вы выглядите очень представительной.

— Мне двадцать, — замечает она.