Онлайн книга Внеклассное чтение

Первый из верховых крикнул:

– Эй, дед, ты чего?

Кони замедлили бег, остановились, не дожидаясь, когда возница натянет поводья, – видно, почуяли в неподвижной фигуре нечто особенное.

Данила воздел правую руку и заговорил звучно, громко – Мите из его укрытия было слышно каждое слово.

– Служители временщика! Я знаю, что вы стали преступниками не по своей воле, а по принуждению вашего начальника и господина. Отпустите пленницу, и, обещаю, с вами не случится ничего дурного.

Верховой привстал на стременах, заозирался вокруг.

– Сколько вас? – спросил передний, кладя руку на эфес сабли. Похоже, в отсутствие Пикина за старшего был он.

– Я здесь один.

Старший сплюнул, облегченно гоготнул.

– Прочь с дороги, старый дурень. Ну! Вот я тя плетью!

Он пустил коня на Данилу. Широкая, покрытая инеем грудь затеснила Фондорина к обочине.

– Постой, Охрим! – крикнул кучер. – Откуда он сведал? Хватай его! Допросим!

– И то.

Охрим нагнулся и потянул руку к вороту фондоринского тулупа.

– Напрасно вы не послушали голоса разума, – покачал головой Данила, отступив на шаг.

Посох дернулся книзу, раздался тошнотворный хруст, и всадник схватился левой рукой за бессильно обвисшую правую. Не прекращая движения, палка повернулась к нему пыром и ткнула конника в подвздошье – он кувыркнулся из седла навзничь. Но и того чудо-посоху показалось мало. Он подлетел вверх, перевернулся и вновь оказался в Данилиной руке, но теперь лишь самым кончиком. Фондорин проворно скакнул вперед, размахнулся, описав в воздухе свистящий полуторасаженный круг, и влепил остолбеневшему вознице дальним краем своей дубины в ухо.

Все это свершилось столь быстро, что вряд ли кто успел бы дочесть и до пяти, даже если б считал скороговоркой.

Митя потер глаза – не привиделось ли?

Нет, не привиделось. Данила стоял, двое гайдуков лежали, осиротевшая лошадь крутилась вокруг себя, хватала зубами болтающуюся уздечку.

Но оставались еще двое всадников, и уж они-то не были склонны отнестись к лесному старику с легкомысленным небрежением, погубившим их товарищей.

Первый выхватил из-за пояса пистолет, второй рванул из ножен саблю. Оба пришпорили коней.

Но и Фондорин не остался на месте. Он снова подбросил посох, перехватив его посередине, разбежался и метнул свое диковинное оружие на манер античного дротика – прямо в лицо целившему из пистолета. Тот всплеснул руками, покачнулся, завалился на сторону.