Онлайн книга Внеклассное чтение. Том 1

И потом, что это за выражение про Чукотку? Или побеседую с самой Серафимой Кондратьевной, дал себе послабку магистр, потому что несколько побаивался ветерана спецназа, у которого вместо куска черепа была вставлена титановая пластина.

Минут двадцать ушло на то, чтобы вытащить из боя сына. Эраст дал себя эвакуировать, лишь получив тяжёлое ранение в сердце. Николас вынес героя в прихожую, одел, обул. Сознание вернулось к раненому только на лестнице.

Всё-таки удивительно, до чего мало близнецы были похожи друг на друга.

Из-за имён между супругами разразилась целая баталия — никак не могли между собой договориться, как назвать сына и дочку. В конечном итоге поступили по-честному: мальчика нарёк отец, девочку мать. Оба — Николас и Алтын — остались крайне недовольны выбором противной стороны. Жена говорила, что мальчика задразнят, будут обидно рифмовать, про героического прадеда Эраста Петровича слушать ничего не желала.

В отсутствие Алтын принцип единоначалия в семье Фандориных действовать переставал, начинался разгул анархии и вседозволенности, поэтому уложить детей в кровать Николасу удалось только к десяти. Теперь оставалось прочесть вечернюю сказку, и можно будет поработать над сценарием дальнейших приключений камер-секретаря.

— «Иван-царевич и Серый Волк», — прочитал Ника заглавие сказки и подержал вкусную паузу.

Эраст, мальчик толстый, неторопливый, обстоятельный, подпёр голову рукой и сдвинул брови. Угол, где стояла его кроватка, был сплошь увешан оружием и батальными рисунками. Геля приоткрыла губы, одеяло натянула до самого подбородка — приготовилась бояться. На стене у неё было нарисовано окошко с видом на море, поверх рисунка — настоящие занавески с кружевами.

— «В одном царстве, в русском государстве жил-был царский сын Иван-царевич», — начал Фандорин.

— Мальчик? — немедленно перебила Геля. — Опять? То про Мальчика-с-пальчика, то про Емелю. А про девочку когда?

Эраст выразительно закатил глаза, но проявил сдержанность, ничего не сказал.

— Будет и про девочку, — пообещал Фандорин, наскоро пробегая глазами по строчкам — по правде говоря, сказку про Серого Волка он помнил плохо, разве что по картине Васнецова. — Попозже.

— Так нечестно.