Онлайн книга Вопрос крови

 — У меня же синяки, — пояснила она. Взгляды их скрестились, и, не удержавшись, он прижался губами к ее губам. Поцелуй был продолжительным, и он закрыл глаза, в то время как ее все время оставались широко распахнутыми. Она отстранилась, отступив на шаг, еле переводя дыхание.

— Я, конечно, под впечатлением и все такое, но можно узнать, что случилось?

27

Теперь настала очередь Ребуса навестить Шивон в лечебнице. У нее нашли сотрясение мозга и оставили на ночь.

— Это смешно! — возмущалась она.

— Нет уж, молодая леди. Вам придется остаться здесь.

— Вот как? Помнишь, как ты сам оставался?

И будто в качестве дополнительного аргумента та медицинская сестра, что меняла бинты Ребусу, прошла мимо, катя пустую тележку. Ребус подвинул стул и сел.

— Ты ничего не принес мне? — спросила она.

— Торопился немного. Ты же знаешь, как это бывает.

— Что там Павлин?

— Замкнулся, как раковина. Но не поможет. Джилл Темплер представляет дело так, что Хердман не хотел держать оружие в своем лодочном сарае, вот Павлин и арендовал тот, что по соседству.

— Так Павлин запаниковал?

— Либо это, либо готовил оснащение для неизбежной встречи.

Шивон прикрыла веки:

— Слава Богу, что все, так или иначе, кончилось.

Минуту-другую они молчали, потом она спросила:

— А Бримсон?

— Что «Бримсон»?

— То, как он решил поставить точку…

— Думаю, он был пьян, во всяком случае в финале.

Она открыла глаза:

— Или же наоборот — пришел в себя и, не пожелав впутывать еще кого-то, решил все сам и один.

Ребус пожал плечами:

— Как бы там ни было, вот и еще один пример для армейских статистиков.

— Возможно, они посчитают это несчастным случаем.

— И такое возможно. Вдруг он хотел сделать мертвую петлю, а потом плюхнуться прямо на проезжую часть и выйти из самолета в сиянии славы и доблестных ранах?

— Предпочитаю собственную версию.

— Тогда уж держись за нее.

— А Джеймс Белл?

— Что именно тебя в нем интересует?

— Считаешь, мы когда-нибудь поймем его мотив?

Ребус снова пожал плечами:

— Единственное, что я знаю, — это что газетчики из его отца котлету сделают.

— И тебе это будет приятно?

— Ничего не имею против.