Онлайн книга Закон сильной женщины

— Как ты его варишь, не варит никто, Никитка. Давай, давай, не капризничай. Людмиле в постель подаешь почти каждое утро, вот и за мной поухаживай. Друг все же.

Кофе получился божественным. Крепкий, но не горький, сладкий, но не приторный. Такой именно, как Воронов любил. Они достали из пластиковой коробочки по пирожному и уселись к столу с кофейными чашками.

— Да-а, — протянул Никита. — Если бы сейчас твоя Соня увидела это, шлепнулась бы запросто в обморок. Ее Воронов вместо водки хлещет кофе. Да еще с пирожными!

— С бисквитными, — добавил Воронов, округляя глаза в притворном ужасе.

— С бисквитными, — поддакнул Никита и закатил глаза от удовольствия. — А вкусно, черт!

Воронов улыбнулся и отложил пирожное на тарелку. Не любил он сладкое, для Никиты специально купил. Он бы предпочел крекер с солью или с сыром. Или с перцем — самое то.

— Вот ты скажи как специалист, Никит. Сколько она могла пролежать голой на земле? Чтобы не то чтобы не замерзнуть насмерть, а даже не простудиться?

— Тогда заморозков еще не было.

— Думаю, он ее туда притащил около шести утра. Еще темно было, народу никого. Пацаны в половине восьмого там нарисовались с сигаретками. Да, часа два она пролежала. — Воронов поставил чашку на стол, уставился рассеянным взглядом на коллегу. — Смерть Малаховой, по словам экспертов, наступила около полуночи. Богданову он привез на пустырь к шести.

— Снова ты за свое? С чего ты взял, что это именно он с ней сотворил? Это же совершенно не его почерк, Вова. Ты чего, хватку теряешь?

— Нет, просто чую! — огрызнулся Воронов и вылил себе остатки кофе из кастрюльки.

— Ее мог муженек подловить на улице и вколоть чего-нибудь, чтобы она его снова не вырубила.

Взгляд Никиты сделался скучным. Сразу захотелось домой, к Людке. Ему с ней всегда хорошо — и помолчать, и поговорить, и даже поспорить.

— Он мог ей вколоть какой-то дряни, отвезти на пустырь и бросить там голой. — Никита постарался как можно незаметнее глянуть на часы.

— Зачем?

— Чтобы отомстить за свое унижение.

— Таким извращенным образом? — Воронов недоверчиво выкатил нижнюю губу, помотал головой. — Чушь. И гопники ее бы нетронутой не оставили. Уж порезвились бы, поверь, от души.