Онлайн книга Запрещенные слова. Том первый

Пока мы не поймем, что у нас все серьезно и ради этого «серьезно» имеет смысл рискнуть карьерой.

Но его рука уже на моей талии и это слишком конкретно.

— Май… — Его ладонь скользит по боку. Не давит. Просто касается, будто случайно.

А я чувствую, как вспыхивают щеки.

— Вообще-то, я хотел тебя кое с кем познакомить.

Я поднимаю на него умоляющий взгляд.

Понятия не имею, почему вдруг так сильно расклеилась.

— Еще полчаса — и все. — Резник смотрит на меня так… что я реально не знаю, как отказаться, хотя в эту минуту мне больше всего на свете хочется просто уйти, домой, снять туфли и завернуться в плед под какое-то сопливое кино.

— Вова, мы ж договаривались не спешить. — Я не хочу его обижать, а тем более не хочу корчить недотрогу, но здесь нас могут увидеть буквально в любую секунду.

— Я не собираюсь тебя целовать, Майя, если ты об этом. — Но подтягивает ближе. — Просто пытаюсь уговорить подарить мне еще полчаса своего времени. Виктория Фомина и Игорь Крачковский — по пятнадцать минут на каждого, чтобы эти важные люди не чувствовали себя обделенным ничьим вниманием.

Крачковский, насколько я знаю, крупный инвестор, он довольно молод как для своих капиталов и я, честно говоря, пару раз ловила на себе его слишком изучающий взгляд. Поэтому да — попытки подойти и лично поблагодарить за то, что отчасти тоже принимал участие в моем карьерном продвижении, я не предприняла.

А Виктория Фомина… Вспоминаю сразу и ее, и как она смотрела на Дубровского. Вот уж кто точно не особо шифровал свой интерес.

Я торможу себя на полуслове.

Вспоминаю брошенные Славой слова. Как он вырвал откуда-то из себя и швырнул в меня «Обычно, мне просто предлагают деньги». Фомина, похоже, тоже считает его частью своих новых дивидендов, раз пялится на Дубровского как на хлебушек.

— Я не могу, Вова, — пытаюсь отодвинуться, но он держит крепче, чем моя моя вежливость. — Меня от всего этого уже, прости, тошнит. Я просто хороший менеджер, а не стратегия по захвату всеобщей любви.

— Майя, послушай, — он немного меняет тон. Тот, который ближе к тону уже не «Вовы, с которым у меня тайный роман», а к моему «категоричному генеральному директору». — Я понимаю, что тебе надоело, но есть протокол. Все ТОПы на месте. Я бы хотел тебя отпустить, но если я это сделаю — ты же понимаешь, что мне придется…

— Понимаю, — перебиваю на полуслове.

Ему придется устроить мне выволочку при всех на ближайшей «летучке».