Онлайн книга Заставлю тебя полюбить

— Ничего не болит? Я только уколы закончила ставить и сразу к тебе, пока меня не начали искать.

— Не болит.

Только, разве что, сердце.

Оно болело тайно, тихо — ни один аппарат эту боль не распознает, не поймет.

Я решила перевернуться на спину, и Маша засуетилась — хотела помочь, но что я, без рук что ли? Справилась сама. В этой жизни мне теперь всегда придется справляться самой.

— Почему ты заботишься обо мне, Маш?

Я качнула головой: не понимала. У медперсонала своих забот полно, у нее таких беременных — вагон и маленькая тележка.

— Я просто такая же была, нелюдимая.

Чуть помолчав, Маша поделилась со мной своей историей.

— У меня тоже муж умер. Он разбился на машине, когда я была на пятом месяце. Ко мне, правда, хоть захаживали. То мои, то его. Они уж больно после смерти сына за внука переживали.

Маша смахнула слезы. Если бы не ее печаль, я давно бы отослала ее и приказала не беспокоить меня.

Наверное, так мы и сдружились.

— Еще меня соседки по палате иногда из депрессии выводили. А ты вот совсем одна лежишь.

Маше двадцать два, ее малыш здоров и каждый день напоминает ей о любимом муже. Оттого она и носится со мной, что себя во мне видит.

— Но ты справишься. Мне, конечно, родители сильно помогают, я даже на работу почти сразу вышла, ну а ты няню наймешь. Жизнь наладится, вот увидишь. Мысли позитивно, моя девочка.

— Вот и я успокаиваю себя: двойня для матери-одиночки это лучше, чем тройня.

— У тебя двойня?!

— Сын и дочь, — кивнула.

— Вот это да! Сразу отстреляешься. Можно больше не рожать, — Маша засмеялась.

В Машиных глазах была радость.

Интересно, какая реакция была бы у Давида, узнав он, что станет отцом сразу двоих детей?

Последний раз я видела его так давно. Прошли месяцы. Это была наша последняя встреча.

— У тебя же нет в Волгограде никого, да? А откуда ты приехала?"

"Я проживала в Волгограде последние недели. После родов мы должны будем улететь.

На другой, неблагоприятный исход у меня тоже был план. Я не хотела оставлять детей одних в этом мире и позаботилась о них уже сегодня. Сын и дочь попадут в семью Басмановых, ведь нет никого ближе родственной семьи.

Мне бы этого не хотелось. Однако моя болезнь не оставляет мне почти никаких шансов.

— Ладно, Маш. Ты иди. Я поспать хочу.

— Хорошо.