Онлайн книга Агент сыскной полиции

Глава 25"

"Пышные рыжие волосы свалялись и сейчас больше походили на паклю, которой состоятельные хозяева затыкают щели между бревнами, чтобы лютые сибирские морозы не выстудили избу. Глаза казались еще более глубокими и огромными на иссиня-бледном лице. Завадская то и дело облизывала губы, и мускулы на ее лице судорожно вздрагивали всякий раз, когда ей приходилось выталкивать кончик языка наружу, видимо, он прилипал к зубам.

Она волновалась, но старательно изображала, насколько ей безразлично, где она сейчас находится и кто сидит напротив нее за столом, обитым зеленым сукном.

И только этот кончик языка, торопливо скользящий по губам, эти нервные гримасы и странный, словно отблеск затухающей лампады, огонек в глазах с узкими, как у кошки, зрачками выдавали ее. И, взглянув на Тартищева, который полупрезртельно-полунасмешливо наблюдал за ее попытками сохранить достойный вид, Завадская поняла, что он догадывается об этих попытках. И тогда она высокомерно подняла голову, намеренно обошла Алексея взглядом и спросила:

— Чему обязана, господа?

— Вы, Завадская, напрасно корчите из себя знатную дамочку, — поморщился Тартищев, — я б на вашем месте поостерегся вести себя подобным образом.

Для меня одинаково, что Семка-колодник с рваной ноздрей, что вы, дочь польского шляхтича, которому все отрадно, коль России накладно.

— Не смейте трогать моего отца! — с расстановкой и сквозь зубы произнесла Завадская. — Вы его мизинца не стоите!

— О, упаси, господь! — воздел руки к небу Тартищев.

Завадская не ответила на этот почти риторический вопрос, лишь окинула Тартищева мрачным взглядом, кивнула на Алексея и процедила — Уберите этого юного провокатора! Иначе ничего говорить не буду!

— Этот провокатор тебя от уркагана спас, а ты лаешься! — почти миролюбиво произнес из своего угла Вавилов и поинтересовался:

— Ты хотя бы представляешь, что тебя теперь ожидает?

— Не смейте говорить мне «ты»! — почти прошипела Завадская, отвернулась от Вавилова и с ненавистью посмотрела на Тартищева.

— Прекратите, голубушка, сюда вы прибыли не по собственной охоте, — Тартищев задумчиво постучал пальцами по столу, — и мне решать, кто должен находиться здесь при вашем допросе. — И приказал Алексею:

— Будешь вести протокол.

Алексей занял место за боковым столиком, разложил бумаги, проверил перо и заглянул в чернильницу.