Онлайн книга Дар любви

Пока Джесси готовила завтрак, один из индейцев связал Криду руки за спиной и заставил встать на колени. Другой стал обшаривать его карманы, забирая табак, нож из-за голенища, пачку долларов, которую за ненадобностью бросил в огонь.

Толкнув Крида, что ясно означало стоять и не двигаться, индеец подошел к группке, стоявшей вокруг Джесси, готовившей бекон с картофелем, громко рассуждая, жестикулируя и показывая на ее руки.

Руки девушки тряслись так, что она едва удерживала сковородку. Никогда она еще не была так испугана.

Эти люди были индейцами, дикарями, способными на зверства, не поддающиеся описанию. Джесси успела заметить на конце копья развевающиеся по ветру скальпы с длинными волосами блондинок. Она давно была наслышана историй об индейцах и узнала боевую раскраску на их лицах сразу, как только увидела, чтобы понять, какую угрозу они несли ее жизни и — она сглотнула комок в горле— ее целомудрию.

Конечно же, было множество рассказов и о том, что многие женщины принимали индейский образ жизни выходили замуж за тех, кто взял их как добычу, разучивали их язык и обычаи, рожали им детей. Среди этих историй были и возмутительные рассказы о женщинах, которые отказывались возвращаться домой к своим и убегали за индейскими мужьями, если их увозили силой.

Открывая банку бобов, она взглянула на лица стоявших вокруг индейцев, надеясь прочесть на них милосердие или сочувствие, но они не выражали ничего, ровным счетом никаких эмоций.

Когда еда была готова, воины собрались в кружок и стали есть, хватая пищу руками или подцепляя ножами. Стараясь оставаться невозмутимой, насколько это возможно, Джесси поднялась и направилась было к Криду, но в то же мгновение один из индейцев схватил ее за лодыжку.

— Ты. Оставайся.

Она непонимающе уставилась на индейца, а потом перевела взгляд на Крида.

— Делай, что он сказал, любимая.

В считанные минуты индейцы управились с едой. Стоявший рядом с нею воин связал ей руки за спиной. Остальные окружили Крида; их черные глаза сверкали недоброжелательством, голоса кипели злобой.

И хотя внутри у него все поджалось от страха, Крид поднялся на ноги.