Онлайн книга Эркюль Пуаро

Однако он не учел одно обстоятельство, возможно, потому, что даже и не подозревал о его существовании: юные не ценят преимуществ молодости, напротив, зрелый возраст в глазах молодой девушки лишь добавляет привлекательности ее избраннику. Далеко не молодой мистер Саттертвейт был уверен, что Эгг не может предпочесть мужчину средних лет своему ровеснику. Ведь молодость – это неоценимый, волшебный дар, выше которого нет ничего на свете, так он считал.

Он еще более укрепился в этих мыслях, когда Эгг позвонила после обеда и попросила разрешения привести Оливера, чтобы, как она выразилась, «посоветоваться».

Бесспорно, он был красив, этот молодой человек – темные, с тяжелыми веками глаза, звериная грация в движениях. Казалось, он просто позволил себя привести, не в силах противиться напору Эгг. Видно было, что к ее затее он относится с ленивым пренебрежением.

– Пожалуйста, уговорите мисс Литтон Гор бросить все это, сэр, – обратился он к сэру Чарльзу. – Только ужасающе здоровая буколическая жизнь[71], которую она ведет, может породить такую неуемную энергию.

– Однако вы скептик, Мендерс!

– Разумеется, сэр. Баббингтон – симпатичнейший старый зануда. И умер он своей смертью. Подозревать здесь убийство, по-моему, просто смешно.

– Надеюсь, вы окажетесь правы, – сказал сэр Чарльз.

Мистер Саттертвейт бросил на него быстрый взгляд. Какую роль играет сейчас Чарльз Картрайт? Нет, это уже не бывалый моряк и не знаменитый сыщик.

Мистер Саттертвейт был поражен, когда понял, в каком амплуа выступает сейчас его друг. Сэр Чарльз играл вторую скрипку – при Оливере Мендерсе.

Он отсел в сторонку, в темный угол и наблюдал за Эгг и Оливером. Они, как всегда, спорили, Эгг – пылко, Оливер – томно.

Сэр Чарльз выглядел сейчас старше, чем обычно, и казался утомленным.

Эгг с обычной своей горячностью и самоуверенностью все время пыталась вовлечь его в разговор, но он отвечал неохотно и односложно.

Около одиннадцати Эгг и Оливер собрались уходить. Сэр Чарльз тоже вышел на террасу – хотел посветить им фонариком, чтобы не оступились на крутой каменистой тропинке.

Однако в этом не было никакой необходимости – стояла великолепная лунная ночь. Молодые люди ушли, их голоса доносились все слабее.

«Луна луной, а схватить простуду не хотелось бы», – подумал мистер Саттертвейт и вернулся в гостиную.